Корабль отплыл с пристани, паруса дрожат под свежим ветром, и вечернее золото покрывает его древностью. Вдоль берега звучат последние команды матросов и смех детей-бродяг, но скоро там будет лишь гул воды и чайки за кормой. Олег задумчиво смотрит на расплывшуюся из-за волн воду моря......
– Я бы сказал, где ты сам скользкий, но не стану, – сообщил Олег, выходя на заднее крыльцо, здесь солнечно, золотистые лучи красиво подсвечивают траву, из леса доносятся птичьи переливы.
Вдалеке, накрытое огромным куском полотна, что-то высится над верхушками деревьев. Хозяин дома бодрым шагом направился прямиком туда, собаки радостно побежали за ним.
Олег потянулся, позвоночник сладко хрустнул, а Савмак все не унимался.
– Да говорю тебе, пастор, – продолжал шептать он. – Странный он. Видал, как на болотницу смотрит?
– У ней есть, на что посмотреть, – согласился Олег.
Савмак отмахнулся.
– Да нет. В смысле да. Посмотреть есть на что, но я не об этом. Это ж вроде наша болотница. С нами пришла. Чего глазеть на чужих баб?
Олег пожал плечами.
– По-моему, ей нравилось.
– Пастор, да как ты можешь? – изумленно выдохнул ратник. – Девичью честь надобно защищать и блюсть от всяких скоромных взглядов и вожделений.
Волхв кивнул, перешагивая через муравейник.
– Ага. Глазеть разрешается только тебе.
Ратник вскинулся в изумлении, нога зацепилась за еще один муравьиный холмик, он споткнулся и полетел в траву.
– Я? А что я? Я ничего такого не делал, – быстро проговорил он. – Что ж поделать, коли болотница ну… с вот такими.
Олег уже не слушал, его взор нацелился на громадный под пологом вытянутый предмет впереди, возле которого хозяин дома торопливо развязывает веревки от покрывала.
Полог ниспадал долго и царственно, в замедленном действии опускаясь на траву, а когда сполз окончательно, перед Олегом и Савмаком предстал исполинский продолговатый шар, перетянутый канатами.
Слева раздался громкий вздох изумления Савмака.
– Это что за чуда-юда? – спросил он и подался вперед.
