Корабль отплыл с пристани, паруса дрожат под свежим ветром, и вечернее золото покрывает его древностью. Вдоль берега звучат последние команды матросов и смех детей-бродяг, но скоро там будет лишь гул воды и чайки за кормой. Олег задумчиво смотрит на расплывшуюся из-за волн воду моря......
Женщина уже чувствует новые веяния, они всегда все улавливают быстрее мужчин, потому как думают не головой, а интуицией, где бы она у них не находилась. Но пока для этих веяний рано. Незрело человечество и скудно на умы, которые способны совершать прорывы. И раз уж не появляются в каждой семье мудрецы, стало быть, не мытьем так катаньем – надо брать массой. Глядишь, среди этой массы найдутся светлые головы.
Дорожка пошла вверх, грязь стала суше и плотнее, народ в этой части города состоит целиком из моряков и направление ведет прямиком к постоялому двору.
Постоялый двор приближался, и чем дальше они с Люсиль отходили от порта, тем отчетливее у Олега укреплялось ощущение, что за ними следят. Он бросил взгляд по сторонам, но вокруг только оголтелые моряки и девицы в откровенных нарядах по углам, что вышли на вечерний приработок.
– Гляди в оба, – сказал Олег.
Недовольство и дерзость с лица Люсиль моментально слетели, глаза стали испуганными, а вся она напряглась.
– Что-то не так? – спросила она.
– Пока не знаю, – ответил Олег. – Но нутро мое неспокойно.
– Может, это после качки на корабле? – с надеждой поинтересовалась Люсиль.
Олег отозвался, хмуря брови:
– Да если бы.
Несмотря на тревогу, на постоялый двор они вошли спокойно, обойдя троих крепких и поджарых коней у коновязи. Хозяин дал им комнату с чистым бельем, Люсиль даже не стала возмущаться по поводу одной кровати и осталась немного поспать после морского путешествия.
Олег сел за стол в таверне, после отравления телу нужно восстановить силы. Разносчик – рослый и коренастый детина, косой сажени в плечах и с русыми волосами ниже ушей, такому мечом махать, а не еду подавать. Он принес тарелку с дымящимся куском гусиного бедра. Золотистая корочка пахнет одуряюще, капельки ароматного жира стекают по бокам. В отдельной миске подлива из тыквы, чеснока и лука, а в кружке чистая и холодная вода.
– С моря вернулся? – спросил разносчик и изучающе вперился в Олега ясными синими очами.
Олег понюхал воду в кружке, запаха нет, только вера в то, что и незаметный носу яд там тоже отсутствует. Разносчик посмотрел на действия Олега и протянул ему широкую длань.
– Дай-ка.
Олег молча протянул кружку, разносчик сделал глоток и вернул ее Олегу со словами:
– Не боись. У нас отрава не принята. Ну, в этой таверне. Мы не бабы какие, чтобы яд сыпать.
