Корабль отплыл с пристани, паруса дрожат под свежим ветром, и вечернее золото покрывает его древностью. Вдоль берега звучат последние команды матросов и смех детей-бродяг, но скоро там будет лишь гул воды и чайки за кормой. Олег задумчиво смотрит на расплывшуюся из-за волн воду моря......
– Эй, – окликнул его Олег, – тебе помочь?
– Мне и так хорошо, – огрызнулся ратник, крепче сжимая пальцы на сучках.
На следующей кочке Веточка подпрыгнула, Савмака подкинуло в воздух, он совершил немыслимый переворот через голову и плюхнулся задом на спину твари. Олег поморщился от такой посадки, но на лице ратника не дрогнул ни один мускул.
– Суров, – заключил Олег и отвернулся.
Болото неслось навстречу чернотой и острыми брызгами, Люсиль позади тихо пищит на каждой кочке, мимо мелькают светляки и кривые деревья, напоминающие замерших в безумном танце гигантов.
– Долго еще? – жалобно пискнула Люсиль.
Олег отозвался многозначительно, прижимаясь все сильнее грудью к спине твари:
– Что такое «долго» на полотне мироздания? Для нас вечность, а для мира миг, который даже не заметит.
– Я не про мироздание, – отозвалась Люсиль.
– Ах, это, – разочарованно выдохнул Олег. – Откуда ж я знаю? Это у змеи нашей болотницы надо спрашивать. У нее око зоркое.
– Не буду я ничего у змей спрашивать, – отрезала Люсиль и пискнула, когда Веточка подпрыгнула на очередной кочке и ударила ездоков о деревянный хребет. – Я с нечистью разговоров не веду.
Позади донеслось шипение с обидой и негодованием:
– Сама ты нечисть. Я, между прочим, очень даже чисть. Чистая, умытая и расчесанная.
Люсиль охнула и замолкла. В этот же момент Веточка ворвалась в заросли камышей, что-то плюхнулось, запахло гнилой рыбой и тут же со всех сторон с диким визгом и хохотом на них выскочили зеленые тела. Все, как одно, голые, женские и блестящие от воды. Прямо на ходу Олегу в обе ноги вцепились две девки. Кожа и волосы, как весенняя трава, зеленые, яркие, глаза большие, груди высокие и колыхаются от скачки, но во ртах сверкают ряды заостренных зубов, а вместо спин пустые ребра и шипастые позвоночники.
Болото наполнилось злорадным визгом, диким улюлюканьем и плеском, две девки стали карабкаться по ногам Олега, стремясь дотянуться выше. Он брыкнулся и наотмашь хлестанул в стороны, но девки словно не чувствуют боли.
За спиной закричала Люсиль, громко выругался Савмак.
– Что за твари! – проорал он и ударил, громко хрустнули чужие кости. – Вроде девки и не девки разом!
– Мавки! – выкрикнул Олег, продолжая отбиваться от плотоядных утопленниц.
