Корабль отплыл с пристани, паруса дрожат под свежим ветром, и вечернее золото покрывает его древностью. Вдоль берега звучат последние команды матросов и смех детей-бродяг, но скоро там будет лишь гул воды и чайки за кормой. Олег задумчиво смотрит на расплывшуюся из-за волн воду моря......
А теперь уже нет? Эх, как время летит.
– А, так вы бывали здесь раньше, – чему-то обрадовалась Люсиль. – Тогда понятно, почему вы не боитесь местных улиц. Только знающий человек может позволить себе бродить здесь в темноте.
– Чего о тебе не скажешь, – заметил Олег."
"Люсиль пропустила остроту и заулыбалась, потому что с тем, кто знает, куда идет и уж тем более – куда ведет женщину, стоит обращаться приветливо, даже если он не подает руку и не помогает подняться.
– Я занимаюсь исследованиями древних артефактов, – начала она.
Олег задумчиво кивнул.
– Летать на них не очень удобно, зато тепло – перья греют, – сказал он.
Девица покосилась на него с сомнением, но выражение лица осталось недоверчивым, она продолжила:
– Еще пара окаменелых улиток. Но сейчас я ищу нечто совершенно непохожее на все это. Вы можете мне не поверить, как, впрочем, сделали мои друзья, сочтя меня очарованной приключениями дурочкой.
Из всего монолога Олег услышал только последнее, и то потому, что Люсиль повысила голос.
– Меч? – переспросил он. – Ты вроде не похожа на ту, кто машет мечом. Вот амазонки были, да, умели махать. А ты, уж прости, слишком домашняя для битв.
Отмахнувшись, Люсиль проговорила:
– Какой вы, пастор Олег, шутник. Ну разве приличной девушке пристало сражаться мечом? Такое тяжелое оружие подходит больше вам, но вы ведь человек духовный? Вы не поднимете руку на другого человека?
Она тут же замолкла и поджала губы, видимо вспомнила, как совсем недавно этот духовный насмерть раскидал пятерых, причем безо всякого меча.
– В древних свитках я прочла, – снова набравшись смелости, продолжила Люсиль, – что есть четыре артефакта, символизирующие первоэлементы. Точнее пять, но пятый особый. Не думайте, что я глупая, если верю в это.
