Джона Мэслина пригласили исследовать неловкую историю, которую считают самой загадочной в литературе. Его тщательный анализ и критический взгляд расширили понимание этой книги, что вызвало огромный интерес у читателей. Помните важность открытого общения с детьми, как это сделал автор своей дочь Кристин....
Потом до меня и я поняла, что Темные Дочери и Сыновья вернулись и теперь заполнили ступени беседки. Как давно они наблюдали? Неферет обратила свое внимание на Хита, и я забыла обо всех остальных. Она подняла порванные штанины его джинсов и посмотрела на кровавые следы на ногах и руках. Потом обхватила его бледное лицо ладонями и закрыла глаза. Я видела, как его тело еще больше напряглось и забилось в конвульсиях, но когда он наконец вздохнул, Эрик расслабился. Через мгновение Хит уже не боролся со смертью, а мирно спал.
– Он поправится и ничего не вспомнит об этой ночи, кроме того, что напился и потерялся, пытаясь найти свою почти-бывшую. – Она взглянула на меня, произнося последние слова. Добрые глаза были полны понимания.
– Спасибо, – прошептала я.
Неферет мягко кивнула мне, прежде чем повернуться к Афродите.
– Я, как и ты, ответственна за то, что случилось здесь сегодня ночью. Уже несколько лет я знаю о твоем эгоизме, но закрывала на него глаза, надеясь, что время и прикосновение богини помогут тебе повзрослеть.
Бывшая глава Темных Дочерей не издала ни звука, но ее лицо было белым как мел, и она глядела на Неферет не мигая.
Верховная жрица повернулась к ней спиной и подошла ко мне.
– Зои Редберд, я знала, что ты особенная, с того дня, когда богиня дала мне предвидеть, что тебя отметят. – Она улыбнулась и, положив палец под подбородок, подняла мое лицо, чтобы получше рассмотреть изменившуюся Метку. Потом убрала мои волосы в сторону, чтобы можно было увидеть татуировки, появившиеся на шее, плечах и спине. Я услышала, как Темные Дочери и Сыновья ахнули, впервые увидев странные Знаки.
Она передала мне ожерелье Афродиты. Оно оказалось тяжелым и теплым.
