Джона Мэслина пригласили исследовать неловкую историю, которую считают самой загадочной в литературе. Его тщательный анализ и критический взгляд расширили понимание этой книги, что вызвало огромный интерес у читателей. Помните важность открытого общения с детьми, как это сделал автор своей дочь Кристин....
Не та команда, помнишь? – А потом Эрин выпихнула меня из центра круга к Эрику. – Обними его. Он пытался спасти твоего парня сегодня ночью, – сказала она.
– Моего бывшего парня, – быстро уточнила я, подходя к Эрику. Меня дурманил запах свежей крови, все еще исходящий от него, и тот факт, что мы обнимались. Затем, чтобы добить окончательно, Эрик поцеловал меня так крепко, что клянусь, моя крыша чуть не съехала.
– Да ладно вам, – услышала я Шони.
– Идите отсюда, – сказала Эрин.
Дэмьен захихикал, и я сознательно отстранилась от Эрика.
– Я ужасно хочу есть, – сказала Стиви Рэй. – Эта фигня с холодильниками вызывает неимоверный голод.
– Ну, пойдемте что-нибудь перекусим, – предложила я.
Когда друзья переходили мост, я слышала, как Шони спорит с Дэмьеном, что лучше: пицца или сэндвич.
– Не против, если я пойду с вами? – спросил Эрик.
– Не-а, я уже привыкаю, – ответила я, улыбаясь ему.
Он рассмеялся и забрался на мост. А потом из темноты позади меня раздалось отчетливое и очень раздраженное «ми-яя-уф»!
– Иди, я догоню вас через минуту, – сказала я Эрику и пошла обратно в тень на краю лужайки Филбрука.
– Может, сегодня ты и победила, но мы не закончили, – сказала она.
Я так от нее устала.
– Я не пыталась победить, просто хотела все исправить.
– И думаешь, ты это сделала? – Ее взгляд нервно метался от меня к дорожке, ведущей к беседке, словно кто-то преследовал ее. – Ты не знаешь, что случилось здесь сегодня ночью. Тебя просто использовали – нас всех использовали. Мы марионетки, вот и все. – Девушка сердито вытерла лицо, и я поняла, что она плакала.
– Афродита, нам не обязательно быть в таких отношениях, – мягко сказала я.
– Нет, обязательно! – резко ответила она. – Такие роли нам суждено играть. Увидишь… увидишь… – Девушка пошла прочь.
Внезапно в моей голове возникла мысль из воспоминаний. Это была Афродита во время ее видения. Словно это происходило снова, я услышала: «Они мертвы! Нет. Нет. Этого не может быть. Это неправильно. Нет. Это неестественно! Я не понимаю… я не… ты… ты знаешь».
