Только тогда бастард останется таким же беспечным, как и до этого. Ведь, как я уже увидел, вход в туннель и его начальный отрезок не были оборудованы никакими ловушками или хотя бы сигнальными устройствами.
Волчьи и медвежьи следы заметать не имело смысла, поскольку маг использовал именно этих зверей для нападения на меня. А значит, они уже до этого успели здесь хорошо наследить.
Я оседлал медведя, дождался возвращения волка, и мы двинулись в обратный путь к месту недавней битвы. Шли мы той же дорогой, которой до этого вел зверей скончавшийся маг. Медведь, как я понял, хорошо помнил маршрут и без колебаний шел по своим старым следам.
Сориентировавшись по своему тактическому планшету, я понял, что приближаюсь к нашему переднему краю в районе четвертой дозорной вышки. Связавшись с Ярцевым по рации, я попросил предупредить бойцов дозора, что медведь и волк, приближающиеся к четвертому посту не опасны.
Судя по тому, как бойко ответил мне Виктор Петрович, он был весьма рад услышать мой голос. При этом он сам все это время на связь не выходил — держался. Переживал, но держался. Я подозревал, что он втайне от меня все-таки нацепил мне куда-то миниатюрный маячок. Скорее всего в каблук или в один из толстых швов разгрузочного жилета. Найти его не составило бы особого труда, но я не хотел. Если это цена спокойствия моего телохранителя, то, пока маячок мне не мешает, я готов делать вид, что его нет.
Через пять минут, выйдя на край засеки у четвертой вышки, я отсалютовал бойцу и получил от него ответное воинское приветствие. Солдат явно был горд открывшимся перед ним зрелищем. Два мощных пятиуровневых монстра в подчинении у его военачальника — такое не каждый день увидишь и на всю жизнь запомнишь.
Миновав четвертую вышку, мы продолжили движение по дороге, проложенной нами для дозоров. И тут дело пошло гораздо быстрее. Медведь перешел на быстрый шаг, а волк трусцой побежал рядом. И примерно минут через десять мы вышли на главную дорогу к тому месту, где произошла недавняя схватка.
Здесь меня встречал Ярцев с Гориным и еще пятеро бойцов. Все остальные, в том числе и Коршунов уехали в казарму. Начальнику гарнизона надо было позаботиться о павшем бойце: оповестить семью и организовать похороны.
— Догнали мага, ваше сиятельство? — хмуро спросил Ярцев.
По его лицу сразу было видно, что погибшего он знал хорошо. А еще Ярцев хотел, чтобы павший соратник был отомщен. Это было естественное желание человека, потерявшего своего боевого товарища.
