В Меченном смертью покинули нас обычные законы биологии и медицины. Жизнь перебрасывает рывками, но мой разум продолжает жить благодаря невероятной мане, которую тело не может заткнуть полностью. В этом мире любой раной от пули можно уйти в бездну или выжить с чудом.
Похоже, «Меченный смертью. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
На обратной дороге у нас завязался разговор об информации, полученной от захваченных ночью пленников. Выяснилось, что от них удалось узнать довольно подробный план особняка Волкова, а также и всего поместья. Все это было перенесено на бумагу с указанием оборонительных сооружений и огневых точек. В этих же документах указывалось примерное количество личного состава и их расположение, а также количество подвижного состава. Коршунов обещался выдать мне эти бумаги сразу по приезду в имение.
Заодно я спросил о судьбе владельца лесопилки.
Вернувшись в имение, я забрал у Коршунова бумаги с информацией на Волкова и пошел в особняк. Там переоделся, принял душ, а после этого отведал самый вкусный в жизни ужин. Видимо, Марфа Васильевна после моего посещения решила еще сильнее постараться и приятно меня удивить. И здесь я нисколько не лукавлю. За свою длинную шпионскую карьеру я довольствовался либо холостяцкими перекусами, либо же дорогими ресторанами. Но еще никогда не пробовал стряпни, которую приготовили лично для меня.
В самом что ни на есть приподнятом состоянии духа я вернулся к себе в кабинет, чтобы поподробнее пересмотреть документы с информацией по имению графа Волкова. Но, стоило только мне переступить через порог и закрыть за собой дверь, как меня скрутила сильнейшая судорога. Я беспомощно грохнулся на пол, пытаясь совладать с болью и понять остатками разума, что со мной происходит.
Глава 23
Очнулся я так же быстро, как и вырубился. Боль и судороги полностью исчезли. Никаких неприятных ощущений в теле не было. Пожалуй, кроме одного. Я чувствовал, что на мне кто-то лежит. Дышать было трудно, а лицо с глазами закрывала копна светлых волос. Я откинул их и приподнялся, осторожно стаскивая с себя неподвижное тело.
