В Меченном смертью 4 мы снова оказываемся в ускоренном времени, когда жизнь и смерть переплетаются как ветер и шляпка. Новый взрыв сотрясает мир, но защитный костюм спасает меня от крошевья и осколков. Этот том пронизан напряженностью и опаской, готовясь к еще одной волне переломных событий....
Похоже, «Меченный смертью. Том 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Никто не будет так изгаляться для того, кто вскоре должен стать покойником. Проще сразу пустить пулю в голову или же, к примеру, воздействовать каким-нибудь смертоносным запретным артефактом, коих у этого друга контрабандистов должно быть предостаточно.
Как только я вошел в столовую, из боковой двери, которая по всей видимости вела в гостиную, появился граф Гуров. На его лице сияла радушная улыбка. И вообще, весь его облик представлял собой человека весьма счастливого и полностью довольного своей жизнью.
— Александр Николаевич, — жизнерадостно произнес он.
Лакей тут же подошел и отодвинул его. Когда я уселся, он проделал то же самое со стулом графа Гурова, который устроился во главе стола."
"— Если вы считаете этот стол скромным, Василий Андреевич, — ответил я, удивленно подняв бровь, — то даже боюсь представить, что же тогда для вас обычный или уж тем более богатый стол? Эти блюда достойны лучших ресторанов столицы.
— Не берите в голову, Александр Николаевич, — небрежно махнул рукой граф Гуров. — Эти приземленные вопросы не стоят того, чтобы ради них сотрясать воздух. Просто наслаждайтесь приятным ужином. — Однако произнесено это было отнюдь не без тщеславия. Граф, несомненно, гордился очередным доказательством своего благосостояния.
За столом у нас завязался весьма интересный разговор.
— Александр Николаевич, позвольте полюбопытствовать, — граф Гуров с любопытством взглянул на меня, — а как у вас так лихо получается управлять аномальными монстрами? Лучшие маги и шпионы империи бьются над доступом к этой информации. А вам, похоже, и биться не пришлось. Не замешан ли здесь какой-то мощный, неизвестный и уникальный артефакт? — После этих слов в глазах артефактора на миг полыхнули алчные огоньки.
— Это весьма неудобный вопрос, Василий Андреевич. Возможно, в высшем свете его бы даже сочли несколько бестактным. Но я все-таки благодарен вам за прямолинейность. Честно говоря, я уже заждался, когда же вы об этом спросите. Во-первых, я, конечно же, полностью осознаю, что если про эту мою способность узнают власти, то за мою жизнь никто и ломанного гроша не даст. Так что в каком-то смысле моя судьба сейчас находится в ваших руках.
