Убийца-наёмник, расстрелянный своими товарищами, просыпается в теле сына своей жертвы. Теперь его ждёт потеря всего: титула, наследства и фамилии. Но главное испытание впереди — выживание в чужой жизни, где каждый готов предать, а враги уже знают его секрет.
Похоже, «Меченный смертью. Том 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Она там будет примерно через полтора часа. Вся операция только на тебе. Я ничем помочь не смогу. Если проколешься, не геройствуй — делай ноги.
Сбросив звонок, я направился к сейфу, достал из него запрошенную Игорем сумму и направился в подземный гараж, вход в который находился недалеко от кабинета. Там стоял недорогой и неброский седан. Одна из тех моделей, которые весьма часто мелькают на дорогах Российской Империи и при этом ничем особо не привлекают окружающих обывателей. Выделяться мне было ни к чему.
Прежде чем сесть в машину, я подошел к расположившемуся у стены верстаку и, упаковав деньги в черный полиэтиленовый пакет, тщательно замотал его несколькими слоями скотча. После этого прыгнул за руль и поспешно отвез сверток с деньгами в условленный тайник.
Выезжал я через западные ворота, делая порядочный крюк, но зато оставаясь незамеченным для всех, кто находился у казармы и главного въезда в усадьбу. Кроме родственников погибших бойцов и бойцов капитана Федулова, там к этому времени собралась небольшая кучка репортеров из местных СМИ. На территорию усадьбы их не пускали, но они, тем не менее, не теряли надежды заполучить какой-нибудь сенсационный репортаж и, несмотря на позднее время, явно, поджидали меня или хотя бы кого-то из моих офицеров.
Я вообще не представлял, как они добрались до моей усадьбы. Если продвижением по карьерной лестнице генерал-майора Жохова занимался мой дядя, то все СМИ должны быть уже куплены и переведены на его официальную версию. Вместе с этим включался режим информационной гигиены, который подразумевает строгий карантин моего имения. Ни одного представителя СМИ не должны были сюда пускать.
Я понимал, что шансов мало, но все-таки решил воспользоваться представившейся возможностью и дать акулам пера эксклюзивное интервью. Возможно, хоть какая-то его часть дойдет до эфира и новостных лент.
Вернувшись в особняк, я позвонил Коршунову.
— Ну как, Степан Иванович, удалось поспать? — бодро спросил я.
— Вполне, ваше сиятельство. Только вот почему-то будильник прозвенел на час позже, — с легкой иронией в голосе ответил он."
"— Ох уж эти старые будильники, — посетовал я. — Никогда не знаешь, чего от них ждать. — Коршунов в ответ сдавленно крякнул. То ли прокашляться хотел, то ли смешок пытался сдержать. — Я вот по какому поводу звоню, — продолжил я.
