Врач из современности возрождается в теле молодого лекаря в магическом мире девятнадцатого века. Изгнанный отцом за чужие ошибки, он должен доказать свою ценность и найти своё место в обществе, где правят законы магии, а не медицины. История о втором шансе и преодолении несправедливости.
Раздел Chitat.online для книги «Мечников. Из доктора в маги» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Врач из современности возрождается в теле молодого лекаря в магическом мире девятнадцатого века. Изгнанный отцом за чужие ошибки, он должен доказать свою ценность и найти своё место в обществе, где правят законы магии, а не медицины. История о втором шансе и преодолении несправедливости.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Врач из современности возрождается в теле молодого лекаря в магическом мире девятнадцатого века. Изгнанный отцом за чужие ошибки, он должен доказать свою ценность и найти своё место в обществе, где правят законы магии, а не медицины. История о втором шансе и преодолении несправедливости.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Что бы не говорил мне солдат Бахмутов, а город очень даже приятный. Да, людей мало, зато вокруг тишина, покой и природа. Что ещё нужно для здоровья?
Хотя, если учесть, что я вычитал этой ночью в учебниках, местная природа таит много опасностей. Огромное количество магических заболеваний исходит как раз из лесов.
В амбулатории было пусто. Один лишь Эдуард Семёнович Родников не покидал своего поста. Парень клевал носом в своём кабинете и даже не сразу заметил, как я вошёл."
"— А! Алексей Александрович, — опомнился он. — Я уж думал, пациент пришёл. Входите, присаживайтесь!
— Что-то у вас сегодня совсем глухо. Всех вылечили? — усмехнулся я.
— Да сегодня же суббота, — пожал плечами он. — В эти дни даже все болеющие дома сидят. Работников хозяйств по выходным домой отпускают. А они не особо горят желанием обращаться к лекарям во внерабочее время.
— Ну-с, рассказывайте, — усевшись напротив Родникова, произнёс я. — От начала и до конца, как у вас тут всё устроено.
— А у вас опыта работы совсем нет? Тьфу… — махнул рукой он. — Слушайте, Алексей Александрович, может быть, перейдём на «ты»? Вам титул позволяет? Я-то пятый сын барона, меня эти привилегии не особо заботят.
— Я не против. У меня уже и вовсе нет титула, так что можем общаться, как угодно, — согласился я. — Но не в присутствии других коллег и пациентов, разумеется.
— Титула нет? — удивился Родников. — А… Так вот почему ты в нашу глушь приехал. Если не секрет, что случилось? Закон нарушил?
— Нет, меня изгнали из рода, — честно признался я. — Так что теперь я сам за себя.
— Понимаю, — кивнул Родников. — Не знаю, сколько наследников было в твоём роде, но уж поверь мне на слово: когда ты пятый сын, можно считать, что с родом тебя мало, что связывает. Я уже третий год живу вдали от остальных Родниковых. И пока что обо мне особо никто и не вспоминает.
— Так ты сын не Хопёрского барона? — поинтересовался я.
— Нет, ты чего! — рассмеялся Родников. — Мой отец правит в другом конце Саратовской губернии. И слава богам, что с местным бароном я не имею никаких связей. Он, мягко говоря, доверия мне не внушает.
— Напомни, а кто у вас здесь барон? — поинтересовался я.
— Иннокентий Сергеевич Елин, — ответил Родников. — Не удивлён, что ты о нём почти ничего не знаешь. Он толком из своей усадьбы и не высовывается. Говорят, что его местные банды прижали, и теперь они за него почти все решения принимают.
— Банды из простолюдинов прижали дворянина? — удивился я. — И что же, вышестоящих дворян этот вопрос никак не беспокоит?
— Ха! — усмехнулся Родников и поправил упавшие на кончик носа очки. — Алексей, ты забыл, куда приехал? Это же Саратовская губерния. От нас до столицы путь неблизкий. Здесь даже власть императора не так сильна — у него руки досюда не дотягиваются.
