В этой истории мы встретимся с человеком, лишённым всех связей: отцом, женой, детьми и даже собственным телом. Алексей Мечников оказался в другом теле всего за три дня, но это только начало его невероятного путешествия по миру как изгнанника-мешка. Жизнь с незнакомым человеком не была простой — он стал为目标, затеянным безумием, и каждый шаг был полон опасностей и загадок....
— Кого там в моём дворе выворачивает⁈ Вы что, уродцы, опять напились, что ли?
— Нет, что вы, Арсений Георгиевич, — испуганно замотал головой Иван. — Это Серёгу тошнит. Его очень сильно отделали.
— Вижу, что и ты без тумаков не остался, — Кособоков обратил внимание на руку своего подчинённого. — И кто же это вас так? Только не говори, что вы опять совались в Сады? Я же просил вас, не лезть к тамошним парням. Они и башку оторвать могут. У меня договор с их главным…
— Нет, мы были не в Садах, — ответил Иван. — Это нас в доме Мечникова так… Унизили.
Кособоков не поверил своим ушам.
— Ты что же хочешь сказать, Иван? Вас хромоногий бывший лекарь так отмудохал? И Серёгу тоже⁈ Да эту груду мышц даже разъярённый бык не повалит!
— У Олега Мечникова объявился какой-то родственник, — поспешил объясниться Иван. — То ли студент, то ли какой-то столичный щёголь.
— Ну-ка повтори, Иван, КТО вас отделал? Какой-то жалкий студент⁈ — проревел Арсений Кособоков. — Мне начинает казаться, что я вам зря плачу. Может, мне самому стоило чаще вас наказывать.
"Кособоков потянулся к кольцу с красным рубином, которое никогда не снимал. Ему захотелось отыграться на подопечных за то, что они порушили его сон. Но как только он собрался воспользоваться магией кольца, Иван упал на колени и завизжал.
— Арсений Георгиевич! Пожалуйста, не надо! У этого студента тоже был какой-то артефакт! — заявил Иван.
— Да ну? — нахмурился Кособоков. — И с чего же ты это взял?
— Сначала он вывернул мне руку, даже не прикасаясь при этом ко мне, — принялся объяснять Иван.
За окном вновь послышались звуки мучений одного из бандитов.
— Он что-то с его брюхом сделал, — пояснил Иван.
— Артефакт, говоришь? — Кособоков задумчиво потёр свою массивную челюсть. — А это уже интересно. Мне ещё один точно не помешает.
— Арсений Георгиевич, при всём моём к вам уважении, — взмолился Иван, — я больше не хочу соваться в дом Мечниковых.
— И не надо, — усмехнулся хозяин дома, разжигая огонь в камине. Его сонливость, как рукой сняло.
Бандит вздохнул с облегчением, обрадовавшись, что гнев главаря сменился на милость.
— Арсений Георгиевич, а что с Серёгой-то делать? Он ведь помрёт.
— К Сухорукову его тащи, — махнул рукой Кособоков, задумчиво глядя в огонь.
— Но у Сухорукова каждый третий пациент умирает! — испугался Иван.
