В Мечниковом томе 11, мир замедляется вокруг вас, а скрытые в толпе монстры становятся открытыми и опасными. Течение времени замедляется, окуная читателя в напряженную атмосферу тревоги и предательства, где каждое движение может быть последним.
— Меня здесь не было. Я вам не помогал. Это ясно?
Фадеев, несмотря на статус, оказался очень простым мужчиной. Без лишних вопросов согласился с моим условием, после чего я сразу же покинул палату и мигом скрылся с Разумовским в соседнем помещении.
Мы с Александром Ивановичем спрятались в последний момент. Ровно через секунду в коридоре появились группа лекарей во главе со Швецовым и… Лазаревым! Ого! Даже сам глава ордена сюда заявился. Ну надо же, как мне повезло.
— Расходимся, — прошептал Разумовскому я. Громко говорить было нельзя, поскольку мы ввалились в палату к спящему пациенту.
Александр Иванович кивнул и поспешно удалился в другой конец госпиталя.
Я же прислушался к тому, что происходило за стеной. Язык у лекарей из Самары заплетался, как и у самого Лазарева. Всё ясно. Господа спокойно употребляли горячительные напитки, когда Швецов их прервал.
— Да нет, я себя прекрасно чувствую, господа, — послышался голос графа Фадеева.
— Как это понимать, господин Швецов? — прогремел голос Лазарева.
— Погодите! Как же так? — растерялся Антон Степанович. — Господин Фадеев, вы же только что были абсолютно невменяемым. Насекомых каких-то ловили…
— Ну конечно, ловил, — ответил тот. — Окно ведь открыто. Смотрите, сколько комаров налетело. Жуть!
— Всё с ним в порядке, — заключил один из самарских лекарей.
— Я вас за эту ложную тревогу, Швецов… — прорычал Лазарев.
— Да бросьте, Дмитрий Николаевич! — попытался разрядить обстановку другой лекарь. — Все мы прекрасно понимаем. Лекарь ещё молодой, неопытный. Научится ещё! Может, когда-нибудь и до главного лекаря дослужится!
Это Лазарев ещё им даже не объяснил, что Швецов — главный лекарь! Эх, красота… Значит, Антон Степанович ещё легко выкрутился.
Я дождался, когда вся делегация покинет палату Фадеева, после чего вышел наружу.
Вскоре ко мне присоединился Разумовский. Александр Иванович с трудом сдерживал смех.
— А здорово вы придумали, господин Мечников! — воскликнул он. — Я даже из другого крыла слышал, как Швецова отчитывают. Крупно попал наш главный лекарь. Очень крупно.
Можно считать это первой победой. Так мы постепенно расшатаем его авторитет. Затем то же самое сделаем и со всей командой Лазарева.
