В Мечниковом томе 11, мир замедляется вокруг вас, а скрытые в толпе монстры становятся открытыми и опасными. Течение времени замедляется, окуная читателя в напряженную атмосферу тревоги и предательства, где каждое движение может быть последним.
Сейчас Тимофей Андреевич и его подчинённые сидят в лесу без зарплаты, без поставок, и работают на чистом энтузиазме. Только это, как вы понимаете, продлится недолго, — произнёс Александр Иванович.
— Погодите, так этого же быть просто не может. Как Лазарев умудрился проморгать целый филиал губернского госпиталя? В Саратове ведь все должны знать, что здесь есть такая лечебница, — подметил я.
— Отнюдь не все. Тему психов народ всячески избегает. В городе, может, несколько десятков человек слышали, что эта организация есть.
— Подытожим. У нас осталась одна лекарская организация, до которой до сих пор не дотянулись эти ублюдки из ордена. Филатов сейчас сидит там без помощи и не знает, что делать дальше. А вы храните документы, являющиеся единственным свидетельством существования лечебницы.
— Да, Алексей Александрович. Вы всё правильно поняли, — кивнул Разумовский.
— Что ж, тогда это просто прекрасно! — заявил я.
Разумовский замолчал, пытаясь понять, чему я так обрадовался.
— Нет, вы всё же ничего не поняли, господин Мечников. Это не «прекрасно». Это катастрофа!
— Как раз наоборот. Платить за работу и осуществлять поставки я могу самостоятельно. Из собственного кармана, — ответил я.
Благо сейчас у нас на заводе ведётся двойная бухгалтерия, и распоряжаться своими средствами я могу так, как посчитаю нужным.
— Хотя бы одна организация будет под нашим контролем. И это уже хорошо, — заключил я. — Остаётся только один вопрос. Документы вы хорошо спрятали?
— Я всё время ношу их с собой, — ответил Разумовский.
— Плохая идея. Лучше спрятать их дома. Но, раз уж они сейчас здесь, позвольте мне взглянуть на них. Я хочу кое-что проверить, — произнёс я.
Александр Иванович проводил меня в свой кабинет и показал всю документацию, в которой описывалась передача прав на управление лечебницей.
— Вот оно! — улыбнулся я. — Здесь указано ваше имя, но не указана должность.
— И что это значит? — не понял Разумовский.
— Это значит, что, даже перестав занимать должность главного лекаря, вы всё равно официально являетесь руководителем этой лечебницы, — произнёс я. — Иначе говоря, когда я найду способ избавиться от Лазарева, никто не обвинит вас в том, что вы создали подпольную лекарскую организацию. Она всё ещё находится под вашим началом.
