Ситуация обвилась вокруг Андрея Бахмутова, который чувствует себя предательски обманутым. Вместе с ним переполняет неизвестность о судьбе его сестры в летаргическом сне. Дядя устраивает переборы с главным лекарем, пытаясь добраться до подвала и кого-то защитить. Война предательств и верности нарастает, не давая спокойно выспаться ни одному из героев....
Только непонятно, зачем вам с такой магией это кольцо?
И это очень резонный вопрос. Печать огня оставляет пепел, а его молнии практически стирают человека в ноль. Да с такой властью он мог запросто казнить Кособокова. Достаточно было подобраться к Красным Гривкам незамеченным и шарахнуть по толстяку таким же разрядом.
— Колечко-то? — усмехнулся Рокотов. — Да мне оно, если честно, не больно-то и нужно само по себе. Но если вам хочется покормить свой лекарский интерес, взгляните, господин Мечников!
Левой рукой Рокотов расстегнул пуговицы рубашки и показал мне свою грудь.
— Хитрый ублюдок Кособоков, да? — улыбнулся он. — Поставил печатку прямо на мой магический центр. И всё благодаря своему помощничку некроманту. Кстати, отдельное спасибо за то, что избавились от него. Признаться честно, Алексей Александрович, я впечатлён. Вы мне очень сильно помогли. При других обстоятельствах я, может быть, позвал бы вас к себе.
Рокотов бросил короткий взгляд на барона Елина.
— Я не придерживаюсь чьей-либо стороны, — ответил я. — Но с бандитами якшаться — не в моих принципах.
— С бандитами? Хо-хо! — рассмеялся Леонид. — Да вы, господин Мечников, плохо меня знаете. Видимо, сравниваете меня с Кособоковым? Зря. Хотя я не против открыть вам глаза — между бандитами и дворянами нет никакой разницы. И те и те действуют исключительно ради себя и во имя денег.
— А потом сжигаете их своей магией, — подметил я.
— Должен ведь я поддерживать дисциплину в своём маленьком обществе? — пожал плечами он. — И не вам меня осуждать. Насколько я знаю, вас, как и меня, изгнали из рода. Отправили в глухомань. Дайте отгадаю, тоже разногласия с отцом? С отцом или дедом — других вариантов нет. Все аристократы одинаковы. Титул у нас отнять можно, а вот жажду власти — нет.
Язык у этого типа подвешен. Он общается со мной на равных, пытается прикинуться другом. Но этот человек опасен. С ним точно стоит держать ухо востро.
Проклятье, а ведь в Садах теперь находится мой дядя! И его там устроили на роль лекаря у других заключённых. Всего четыре месяца, но за этот срок может многое измениться.
