Всё, как только наваляем Рокотову — возьму отпуск. Или в девятнадцатом веке отпуска ещё не изобрели? Да и неважно. Как только все чёртовы бандиты канут в небытие, у меня появится возможность спокойно работать, заняться исследованиями, изобретать новые препараты и больше не отвлекаться на постоянные разборки и борьбу за свою жизнь.
— Письмо с угрозами? Мечникову⁈ — удивился Иннокентий Елин. — А Мечников-то здесь причём? Это ведь я объявил восстание Рокотову!
— Н-не могу знать, господин Елин, — вздрогнул солдат, а затем протянул мне письмо. — Вот. Ознакомьтесь.
А сообщение оказалось совсем небольшим. Но, чёрт подери, внушительным.
«Ты что же думаешь, Алексей? По-твоему, можно так просто взять и обмануть меня? У меня везде глаза и уши. Я знаю, что ты делал в Пензе. И до этого дня я своё слово держал — не мешал твоему дяде работать. Даже близко к нему не приближался. Но ты своё слово не сдержал. Укрыл преступника. Значит, и я больше своё слово держать не стану. Приходи один к перекрёстку у Садов, где отходит тропа на Урусово. В полночь. Я дам тебе последний шанс. Не оправдаешь — умрут все Мечниковы».
Откуда он узнал… Я ведь только что сошёл с поезда! Кто мог ему сообщить о том, что случилось в Пензе? Ведь Игоря опознал только тот головорез, которого мы схватили. Но передали его городовым! Он ведь не мог как-то связаться с Рокотовым! Такого шанса у него не было, телефонной связи здесь нет.
Чёрт… Нет. Подобие телефонной связи всё же есть. Кристаллы вызова, и имеются они в наличии только у полиции. Если тот маньяк пришёл в себя, дал показания, а полицейские из Пензы передали их местным… Да. Скорее всего, свои люди из числа Хопёрских городовых сразу же передали информацию Рокотову.
— Алексей Александрович, в чём дело? — спросил барон Елин.
— Рокотов ждёт, что я встречусь с ним один на один, Иннокентий Сергеевич, — произнёс я.
— Исключено! Вы должны понимать, Мечников, он не явится один. Вас просто убьют. А я уже готовлю войска к выходу, — не согласился барон.
— У него в руках мой дядя, — сказал я. — Если нападём сейчас — он убьёт его.
— Алексей, вы же понимаете, что одна жизнь в данном случае — это мелочи, — вздохнул Елин. — Вы представляете, сколькими людьми я сегодня пожертвовал? Несколько моих советников, часть городовых… Сгорели из-за действия огненных печатей. Мне жаль, что пришлось пожертвовать этими людьми, но из-за вашего дяди мы не станем останавливать наступление.
А ведь он по-своему прав.
