Так качественно ни один актёр свой голос не изменит.
И в этот момент я понял, что из всех моих пациентов в сознании остался ещё кое-кто. Марфа.
Я взглянул на женщину, и та тут же прошептала:
— Я всё слышала. Не беспокойся, милок. Мёртв наш Константин, сгорел! Кто спросит — так и отвечу.
— Спасибо, матушка, — улыбнулся я. — А ты, Александр, вези нас к госпиталю. Выгрузим Марфу с Акимом. Их сопроводит господин Синицын. А потом…
Я задумался. Идей насчёт укрытия судьи у меня не было. Кроме моего дома вариантов больше нет. Что ж, придётся рискнуть.
— А потом повезёшь нас на Полевую лицу, — заявил я. — Покажу путь, не беспокойся. Тут недалеко.
Вскоре Синицын высадился, вытащил за собой Марфу и Акима. Пришлось ненадолго положить их прямо на снег, но вскоре подоспел наш вечный сторож Макар и помог затащить стариков в здание.
Я же указал дорогу к своему дому, а когда мы добрались до места, помог судье Устинову выбраться наружу и повёл к входу в особняк.
— Наш договор в силе, Алексей Александрович, — наиграно старческим голосом прокряхтел Александр Щеблетов. — Скоро я свяжусь с вами через Синицына. Проценты мы уже утрясли, верно?
— Верно, — ответил я, стараясь удержать на ногах Устинова. — Всё, как и договорились.
— Отлично… — удовлетворённо вздохнул мужчина. — Ладно, поеду что ль на вокзал ваш! Может, найду там клиентов. Мало ли кому ещё нужно до Саратова доехать?
С этими словами Щеблетов ударил лошадей и поскакал сквозь январскую пургу к вокзалу.
Вот ведь жадный засранец! Даже вернуться в Саратов в одиночку не хочет. Так и жаждет заработать копейки с простых крестьян.
Хотя… Если убрать вопрос денег, на его месте я поступил бы так же. Для соблюдения конспирации ему лучше до последнего отыгрывать роль простого кучера. Приедет в Саратов, высадит пассажиров, а потом пройдёт в проулок, скинет бороду и переоденется.
И никто никогда не догадается, что сотрудник ордена лекарей половину суток подрабатывал кучером. И пожарным, если уж на то пошло.
Я помог Устинову подняться на крыльцо и завёл его в прихожую своего дома.
— Константин Викторович, — тихо произнёс я, — я готов вам помочь. Более того, я помню, как вы встали на мою сторону на суде. Однако мне придётся просить у вас встречной услуги.
— Что вам нужно взамен, господин Мечников? — вздохнул он. — Деньги?
— Нет, — помотал головой я. — Если хотите отплатить мне за помощь — держите втайне всё, что увидите в этом доме. И всегда будьте на моей стороне.
