Не могу согласиться с этой клятвой, которая готова поднять даже кровавые и нечестные решения. Мир в опасности, когда каждый посчитает нужным убить другого из страха перед проклятием или из личных мотивов. Внезапно я вижу новые пути, чтобы вывести себя и друзей из этого смертельного круга....
Но не теряем бдительности. Она может размягчиться ближе к центру.
Я услышал громкий ритмичный хруст за своей спиной. Меня нагнал Бехтерев.
— Борис Валерьевич, что вы делаете⁈ — удивился я.
— Пойду вровень с вами. Похоже, двух человек разом корка выдерживает, — ответил он. — Пусть господа пироманты следуют за нами. Предлагаю корректировку плана. Я ищу присутствие живых существ, а вы прикрываете меня обратным витком.
— Договорились, — согласился я.
— Обратный виток… — нахмурив густые брови, протянул Бехтерев.
Точно… Кажется, Кирилл Мечников служит полевым лекарем. Нет ничего удивительного в том, что вместе с ним работает маг с обратным витком. Это ведь идеальная способность для убийства. К счастью, мне удалось придумать для неё более мирное применение.
Мы продолжали приближаться к центру озера, а Бехтеров всё болтал.
"Что ж, могу его понять! Скорее всего, в столице ему не приходится выбираться дальше своего кабинета. Как я понял, орден лекарей даже не занимается прямой целительской деятельностью. По сути, это — аналогия министерства здравоохранения из моего мира. Только о людях они явно практически не думают. Как мне показалось, здесь главной задачей ордена является поиск лучшего способа обогащения членов своей организации.
Они ещё не поняли, что могут создать всемирную сеть лекарской помощи.
— Не понимаю, почему вас изгнали из рода, Алексей Александрович, — произнёс Бехтерев. — Не обижайтесь, если лезу не в своё дело. Просто… Клянусь своими витками, если бы мой отец или дед узнали, что в ком-то из потомков пробудилось обратное лекарство… Они бы сразу же передали бразды правления родом именно ему, и никому другому.
— Почему все так помешаны на магии обратного витка? — решив воспользоваться возможностью, поинтересовался я.
— Вот именно! — ответил Бехтерев. — А вы что же, совсем не интересовались политикой своего рода? Не знаете, с чем обычно лекарям приходится иметь дело?
— О чём это вы? — не понял я.
Пока Бориса пробило на разговоры, лучше извлечь из него максимум информации. Когда мы спасёмся… А точнее, если мы спасёмся, он, скорее всего, забудет обо всём, что мы здесь обсуждали. Я чувствую в нём растущий страх.
