У Синицына подкосился живот от изумления. Он даже пришёл в грехи иначе сжать нижнюю челюсть, чтобы скрыть растущий возглас удивления. Однако я сам был поражён не меньше. Оказывается, кого-то опередили и первым оформили наше предложенный премию для открытия века... И это при том, что подобных изобретений не было веками! Это странное совпадение. В моём мире имя Сеченова связано с огромными достижениями в медицине....
"
"Однако, как я понял, эту женщину посещал частный лекарь, который лекарем вовсе не является. У него даже образования нет. Нет магических способностей! А я и не знал, что в Хопёрске водятся такие шарлатаны.
— Господин лекарь, а что это у вас так лицо напряжено? Что-то случилось? Вас моя болячка испугала? — спросила женщина.
Ох, бабусенька, знала бы ты, как она меня на самом деле пугает.
Вот только саму женщину я пугать не стану. Слово «онкология» она не поймёт, а объяснять, что это новообразование может её не только обезобразить, но и убить… Нет.
Нормально так Сеченову список подкинули! Хронический больной. Ага! Скорее уж пациент, которого длительное время пытаются убить.
Базалиома отличается от меланомы тем, что последняя развивается из пигментных клеток. Если совсем сильно упрощать — из родинок, но не только из них. А базалиома — из слоя, который отвечает за деление кожи.
И кроме кожи она может повредить и весь организм.
Хотя… Проклятье!
В лимфоузлы всё же клетки попасть могли. Тут без обследования я не смогу сказать наверняка. Любая злокачественная опухоль сначала выбирается за пределы органа, затем даёт метастазы в лимфоузлы и уже после — в другие органы.
Проблема только в том, что в этом веке я не могу провести ни химиотерапию, ни лучевую терапию, ни микрохирургическую операцию.
Остаётся только попробовать уничтожить новообразование обратным витком. Только вслед за этим придётся сразу же залечить кожный дефект. Это будет больно, с собой у меня только один флакон яда Токса. Анестезии на следующих пациентов не хватит.
Хотя я очень надеюсь, что больше никому этот дурачок не навредил настолько, что мне придётся проводить ещё одну операцию на дому.
— Так, бабусь, ложись на кровать. Сейчас я тебе эту пакость с лица уберу навсегда, — сказал я.
— Ой… Сынок, а это обязательно? — испугалась она. Тут же забыла про все официальные обращения. Но меня такие формальности не беспокоили.
— Обязательно, если не хотите, чтобы она начала внутрь расти, — объяснял я.
— Куда — внутрь? В голову, что ли? — вскинула брови она.
— В голову, бабусь, в голову. Придётся потерпеть буквально полчасика. Будет неприятно, но я всё уберу. И больше вам никаких лекарей с мазями вызывать не придётся.
