У Синицына подкосился живот от изумления. Он даже пришёл в грехи иначе сжать нижнюю челюсть, чтобы скрыть растущий возглас удивления. Однако я сам был поражён не меньше. Оказывается, кого-то опередили и первым оформили наше предложенный премию для открытия века... И это при том, что подобных изобретений не было веками! Это странное совпадение. В моём мире имя Сеченова связано с огромными достижениями в медицине....
— Но что ты предлагаешь нам сделать?
— Простой стой и смотри, — сказал я.
Не зря я перед отъездом перекинул три своих витка в обратный. Как знал, что лекарские навыки здесь мне вряд ли пригодятся. А если и придётся ими воспользоваться, у отца есть ещё одна ритуальная лекарская плита. Смогу перераспределить силы назад.
Я сделал несколько шагов вперёд и остановился в метре от командира.
— Одумались, наконец, Мечников? — ухмыльнулся он.
— Нет, это я даю вам последний шанс одуматься, — произнёс я. — Уберите с дороги кареты, и мы спокойно поедем домой.
Повисла гробовая тишина, а затем на всю улицу раздался хохот десятка солдат.
— Мечников, заканчивайте этот цирк, — утирая слёзы, пыхтел командир. — Мы прекрасно знаем, что вам удалось отбиться от убийц. Но не стоит сравнивать с нами шайку бандитов, которых вы каким-то чудом положили на лопатки. И не держите нас за дураков! Наёмного мага прикончил Леонид Рокотов.
— Что ж, не говорите потом, что я вас не предупреждал, — вздохнул я.
Затем поднял левую руку и выпустил волну обратного витка. Моя магия пронеслась дистанционной атакой через ряд вооружённых бойцов и вызвала острое воспаление всех тех болезней, которыми страдали воины.
Кто-то схватился за живот, кто-то за голову. Смертельных увечий я им не нанёс, но заставил почувствовать сильнейший дискомфорт.
Некоторых, однако, эта сила не взяла. Видимо, чересчур здоровыми оказались. Но и это я могу исправить. Пришлось потратить чуть больше маны и выполнить мой традиционный спазм сонных артерий, который я использую и для усыпления пациентов, и для отключения врагов.
Весь отряд разом рухнул на землю. Один лишь командир опустился на колени, изо всех сил пытаясь сохранить сознание.
— Что такое? — спросил его я. — Пожинаете плоды своих ошибок? Ничего, это — хорошо.
— Мечников, вы пожалеете… — попытался произнести он, но всё же рухнул лицом на холодную брусчатку.
Уцелел только кучер, который стоял около одной из карет, удивлённо раскрыв рот.
— П-пожалуйста, не трогайте меня! — испугался он.
— И не собираюсь, — помотал головой я. — Убери одну карету. Дай нам проехать. А потом можешь грузить этих молодцев внутрь. Не хватало ещё, чтобы они пневмонию подхватили.
