В душных стенах секретного лабораторного здания Илья Синицын и его команды борются с неуловимым врагом, а Щеблетов продолжает оправдываться перед Сеченовым. Внутри чувствуется напряжение и страх, когда каждый шаг может быть решающим для всех.
Именно с помощью него можно осматривать пищевод, желудок и двенадцатиперстную кишку. В будущем эта процедура будет называться фиброгастродуоденоскопией или просто ФГДС.
Этот аппарат должен был создать ещё в 1806-ом году Филипп Боццини. Правда, его руками изобретён световод — предшественник эндоскопа. Мы же с Сеченовым постараемся создать более совершенный инструмент.
— Смотри, Иван, эндоскоп — это тонкая трубка, которая заводится человеку в горло, а затем проходит в пищевод и желудок. С помощью неё можно осмотреть органы ещё при жизни человека и выставить окончательный диагноз, не гадая при этом.
— Слушай… Это, конечно, хорошая идея, но согласится ли человек проглотить такое? Уверен, пациентов будет сильно тошнить, — догадался он.
— Верно подмечено. Процедура будет не из приятных, однако есть несколько способов, как облегчить страдания больного во время этой манипуляции, — ответил я. — Используем запатентованный мной анестетик. Им можно обработать глотку, чтобы отключить рвотный рефлекс.
— Заинтриговал, — кивнул Сеченов. — Я в деле, Алексей. Когда будем начинать?
— Я сегодня же закуплю все необходимые детали и можем приступать этим вечером, — ответил я. — За детали рассчитаешься потом. Пополам поделим итоговую сумму. Просто пока что сложно сказать, получится ли у нас создать его с первого раза. У него довольно хитрая структура.
Однако, если учесть, что мы оба дали клятву лекаря, то нам будем гораздо проще сделать это вдвоём. Я точно помню, что лекарская магия направляла меня каждый раз, когда я сомневался в структуре инструмента. Рука чуть ли не сама по себе готовила чертежи и схемы моих проектов.
Подозреваю, что в этом деле мне помогала Гигея. А если мы приступим к работе вместе с Сеченовым, значит, у нас будет двойная божественная поддержка. А учитывая тот факт, что Гигея и Подалирий по какой-то причине недолюбливают Махаона, у них тоже будет больше мотивации помочь своим избранникам обогнать Владимира Павлова.
— Вот только это ещё не всё, Иван, — произнёс я. — Одним аппаратом мы не ограничимся. У нас с тобой уже есть целый набор запатентованных препаратов, которые способствуют лечению сердечно-сосудистой системы. Но до сих пор не существует аппарата, который сможет выявлять и регистрировать болезни сердца.
