В душных стенах секретного лабораторного здания Илья Синицын и его команды борются с неуловимым врагом, а Щеблетов продолжает оправдываться перед Сеченовым. Внутри чувствуется напряжение и страх, когда каждый шаг может быть решающим для всех.
— У нас в Хопёрске-то завод всего один. А тут, вижу, сразу несколько имеется.
— Мой отец любит вкладываться в промышленность, — объяснил Синицын. — Там на окраине два кирпичных завода, две паровые и две водяные мельницы около реки Аткары. Ещё мыловарня в другом конце города есть. Другими словами, работой обеспечены все местные жители. Городские обычно трудятся на предприятиях, а сельские на полях. У нас тут чёткое разделение труда.
— Разрази меня гром… — выругался молодой охранник, стороживший вход в поместье.
— А ты так и не научился вежливо обращаться к своему господину, — задрав нос, гордо хмыкнул Илья. Затем резко опустил голову и громко рассмеялся. — Давно не виделись, Влад!
Илья, к моему удивлению, крепко обнял бойца и звонко постучал ему ладонью по спине.
— Это — мой старый друг, Алексей, — сказал Илья. — Владислав Опрелов. Мы с ним всё детство вместе провели.
— С ностальгией вспоминаю времена, когда ваш отец гонял нас и учил драться, Илья Андреевич! — встав по стойке смирно, выдал Влад.
— Алексей Мечников, — представился я и пожал руку бойцу. Решил не выглядеть на фоне Ильи каким-то напыщенным дворянином. Тем более я им по факту и не являюсь.
— Очень приятно, — он потряс мою руку, затем аккуратно оглянулся, чтобы убедиться, нет ли поблизости других людей, после чего произнёс:
— Илья, а ты чего вернулся? Я думал, что ты всё уже — с концами.
— Да вот появилось желание поболтать со своим папашей, — ответил Синицын. — Он как там? В добром здравии?
— Да разве ж его чем убьёшь? — усмехнулся Апрелов. — А вот насчёт вашего с Алексеем здоровья я бы побеспокоился. Боюсь, Андрей Константинович может самую малость сорваться. Он сегодня не в настроении.
— Впрочем, как и всегда, — пожал плечами Илья.
— Не беспокойся, мы сможем за себя постоять, — уверил его я.
— В таком случае, милости прошу, — сказал Владислав и открыл нам ворота. После чего поклонился Илье и добавил:
— С возвращением, мой господин!
— Да тьфу на тебя! — отмахнулся от него Синицын.
Пока мы шли по вымощенной камнем тропе к особняку, я решил завести разговор.
— Да ты, как я посмотрю, не только с дворянами прост в общении, — подметил я.
— Это у нас нормально. Отец воспитывал своих детей и детей своей гвардии одинаково. Всех гонял, учил драться.
