Инесс мечтательно рассматривает свое отражение в зеркале, готовясь к свадьбе за границу. Ее слова о совместном празднике молодых лордов наполняют атмосферой уюта и надежды, как только она говорит об этом с мужем-героем, которого подбирает ее знакомая Далира.
Мне не нужно было больше времени, чтобы понять: лорды были правы с самого начала, раз за разом убеждая меня в необходимости быть вместе.
И нет, дело не только в парности, точнее, в ней, но не так, как я думала раньше. Она не определяет, с кем нам быть, а лишь открывает глаза на очевидное. Мне не нужно знать, что они мои, сетуя на превратности судьбы, потому что не в судьбе дело, а в том, как мы широко смотрим на мир, боясь пропустить самое важное.
Я трусила и слишком долго жмурилась, упрямо отказываясь прозреть.
Белый медведь, бегущий передо мной, резко остановился, указывая, что мы на месте. Задрав тяжелую голову вверх, я увидела, что каменный грот, созданный самой природой, ждал нас, приглашая дорогих гостей скорее войти.
— Сможешь обернуться сама? — став человеком, Берд двинулся в мою сторону, заботливо протягивая руку. — Помнишь, как? Расслабься и отпусти. Вдох-выдох, вдох-выдох…
Моя строптивая медведица временами артачилась, отказываясь уходить, и раз за разом лорды помогали мне принять человеческий облик, успокаивая и поддерживая во время оборота.
Набрав в легкие побольше воздуха, я зажмурилась и медленно выдохнула, чувствуя, как хрустит снег под когтистыми лапами, ставшими куда меньше. Тело медленно менялось, выкручивая позвоночник, остужая и освобождая от тяжелого груза медвежьей туши.
— Отлично. С каждым разом все лучше и лучше, — улыбнулся Берд, помогая мне подняться из сугроба. — Скоро научишься делать это быстрее.
— Думаю, ей это не по нраву, — поморщилась я.
— Она жадная, и ее можно понять. Вы так долго не были вместе, — повторил Харланд слова своей матери, разжигая заготовленные поленья.
Не стесняясь голых тел, лорды принялись готовить стоянку, расстилая шкуры под каменной крышей и раскладывая заготовленный провиант в снежные ямки. Мне же была уготовлена роль смотрящего, который не занят работой, но удостоен чести создавать вид бурной деятельности своей болтовней.
— Не верится, что я теперь жена.
— Нам тоже странно быть мужьями, — признался Вард. — Но, думаю, я быстро привыкну. Ты рядом, братья тоже. Чего мне еще может не хватать для полного счастья?
— Детей? — предположил Берд, нанизывая мясо на прутики. — А как ты смотришь на то, чтобы…
— Попозже, — перебила, закутав незамерзшие плечи в плед. — Все возможно, только не торопите меня.
— Даже не думали. Просто интересно, как ты к этому относишься.
