Автор
В апреле надежды сворачиваются в завитушки, как мартовские котята. В мае они прорываясь из листьев и гнезд становятся полноценными существами — птенцами и взрослыми птицами. И именно тогда, когда природа на несколько дней замолкает, начинается оживление жизни: цветы раскрываются к весне, звуки вновь наполняют воздух. Но есть момент, когда мир медленно затихает, и это становится началом новой фазы роста....
– Я слышала, как ты попала.
– В том-то и дело, что ты слышала. Если бы я попала, куда хотела – все было бы тихо, – сдержанно пояснила валькирия испепеляющего копья.
Камыш зашуршал. Сразу в разных местах Ирка увидела вспышки.
– Их не меньше сотни... – прикинула Фило-мена. – Правда, девять из десяти наверняка боевые комиссионеры. Пушечное мясо, которое будет отвлекать нас, пока те будут работать.
– А ты кого ранила?
– Я ранила стража, одиночка. Да только что толку? Ненавижу эту бессмертную тухлятину из преисподней.
– Почему они не телепортируют?
– А зачем тогда комиссионеры? Они избрали совсем другую тактику боя. Опять же вспышки те-лепортации невозможно скрыть... – заметила Филомена и еще раз метнула копье.
Боевой комиссионер, неосторожно высунувшийся из камышей, оплыл потоком влажной глины.
– Ну а ты, одиночка? Покажешь, как бросаешь свою палочку? – спросила Филомена с усмешкой.
Ощущая на себе насмешливый взгляд валькирии, Ирка немного поспешила.
хой, но кисть в завершающий момент дрогнула Когда копье вновь вернулось в руку к Ирке, от древка со стороны, противоположной наконечнику, была отрублена добрая треть. Должно быть, страж из Тартара успел рубящим ударом отвести неудачно летевшее копье.
– Что, одиночка? Дальнорукость и кривозоркость? Окулист трудится, стоматолог отдыхает? – с насмешкой сказала Филомена.
Ирка озабоченно разглядывала копье. Конечно, магия не в древке. Древко можно легко заменить. Но едва ли она сумеет сделать это сразу, в одну минуту, не прибегая к помощи Антигона.
Нападавшие приближались. Ни о каком боевом порядке речи не шло. Комиссионеры, облаченные в такие же серые плащи, как стражи, были от них неотличимы. Пару раз Ирке казалось, что она видит среди серой массы лица разложенцев с провалившимися носами, но тотчас они исчезали в толпе.
К Ирке и Филомене подбежали Багров и Антигон. Гюльнара витала где-то поблизости, однако чудес героизма пока не демонстрировала.
– О, вот и остальные! – сказала она."
"По множеству коротких золотистых вспышек, слившихся практически в одну, Ирка поняла, что за ее спиной только что материализовались одиннадцать валькирий вместе с пажами.
Она оглянулась. Ближе всех к ней – Ильга. Рядом Ламина, копье которой окутано призрачным лунным светом...
