Автор
В апреле надежды сворачиваются в завитушки, как мартовские котята. В мае они прорываясь из листьев и гнезд становятся полноценными существами — птенцами и взрослыми птицами. И именно тогда, когда природа на несколько дней замолкает, начинается оживление жизни: цветы раскрываются к весне, звуки вновь наполняют воздух. Но есть момент, когда мир медленно затихает, и это становится началом новой фазы роста....
Темвременем в подземной резиденции мрака, которая по лопухоидным реестрам проходила как законсервированное и забытое бомбоубежище, происходило вот что. О событиях снаружи там узнали почти через минуту после того, как схватка уже началась. Первой битву заметила Улита, взглянувшая случайно в стеклянный шар.
С воинственным воплем она бросилась к лестнице, однако была перехвачена Эссиорхом.
– А ну отпусти меня! Укушу!
– Не лезь! Тебя постоянно ранят. Давай ради разнообразия обманем эту дурацкую закономерность! – успокоил ее Эссиорх.
Улита несколько раз дернулась, однако вырваться из рук Эссиорха было практически нереально.
– А если мне это нравится? – спросила она.
– Тогда это не к стражам из Нижнего Тартара, а к психиатру. Когда человек лезет в драку только затем, чтобы схлопотать, это опасный симптом, – спокойно отвечал Эссиорх.
Услышав крик Улиты, Арей мельком глянул на шар и бросился к лестнице, однако был отброшен на метр. Едва ли не впервые за все время их знакомства Меф увидел, как мечник упал.
– Проклятье! Светлый, убери свою магию! – прорычал он.
Эссиорх задумчиво посмотрел на лестницу.
– Это не моя магия, – произнес он тоном странствующего философа.
– Как не твоя? Что ты несешь?
– Я не несу. Я уже все принес. Моя начинается выше. Сдается мне, нас здесь просто-напросто закупорили, – сказал хранитель.
В данный момент он был больше озабочен тем, чтобы его не укусила вырывающаяся Улита.
– Кто закупорил?
– Валькирии. Минут десять отсюда никто не выйдет! Даже я, – спокойно заметил Эссиорх.
Сообразив, что Улиту можно больше не держать, он отпустил ее. Ведьма рванулась к лестнице, однако в двух шагах от ступеней остановилась и осторожно ощупала рукой преграду.
Поняв, что они в ловушке, а вместо них там, наверху, сражаются валькирии, Арей вышел из себя. Для мечника было невыносимо осознавать, что кто-то бьется вместо него.
Несколько минут он метался как тигр в клетке, то и дело подбегая к шару. Битва заканчивалась. Глиняшек становилось все меньше. Стражи из Тартара телепортировали первыми.
– А валькирия-одиночка хороша! Она вообще ничего не боится! – заметил Меф, наблюдая в шаре, как Ирка бросается в самую гущу боя."
"Таамаг и та вела себя осмотрительнее.
