Автор
В апреле надежды сворачиваются в завитушки, как мартовские котята. В мае они прорываясь из листьев и гнезд становятся полноценными существами — птенцами и взрослыми птицами. И именно тогда, когда природа на несколько дней замолкает, начинается оживление жизни: цветы раскрываются к весне, звуки вновь наполняют воздух. Но есть момент, когда мир медленно затихает, и это становится началом новой фазы роста....
Это меня жутко тяготило. Хотел даже в воду выбросить, когда мы на катере плыли, но не решился. А то бы еще нырять пришлось, – уныло признался Чимоданов.
– Хорошенький подарок тебе сделали! Типа дареного коня на колбасу не сдают, – сказал Меф с усмешкой.
– Петя, а нам ты почему ничего не сказал? – удивилась Дафна.
У Чимоданова побелел кончик носа. Может, обиделся, что его назвали Петей вместо Петруччо?
– Боялся.
– Чего боялся?
– Этой истории с оживлением. У меня было чувство, что я сделал что-то не то.
– Доперло, наконец? – насмешливо спросила Улита.
Арей неопределенно посмотрел на Петруччо
и, видно, сделав на его счет все необходимые выводы, занялся изучением чемодана.
– Друг мой, знаешь, что такое «пробой»? – спросил он.
Чимоданов дернул головой.
– Не-а. Инструмент, что ли, какой-то?
– Пробой – это когда в спарринге тебя кто-то настреляет по ноге или в корпус. Вроде как ты выдержал удар, но мышцы-то уже пробиты. Потом в раздевалке тебя пальчиком кто-нибудь в шутку ткнет в это место, а ты – хлоп! – повалился.
– К чему это вы? – не понял Чимоданов.
– Это я про человека. Каждый человек в состоянии тащить на себе определенное число неприятностей. Одну большую, две средних, три загрузона и так далее. Но потом наступает предел. Человек загружен уже по уши. Попроси его коробок спичечный передать – он тебя убьет. Веришь?
– Верю. Но я-то тут при чем?
– А при том! В общем, Чимоданов, у тебя был интеллектуальный пробой. Тебе сплавили чемодан-телепорт из мира мертвых, а ты его взял.
– Из мира мертвых?
– Разве это не было понятно сразу? – удивился Арей.
Как страж мрака он не то чтобы презирал такие артефакты, но брезговал ими, как крупный хищник брезгует смердящей падалью.
– Лично для меня в этом уравнении осталось два неизвестных. Ведьмак, который явился к Чимоданову. Кто он? С какой стати он подсунул этот чемодан? Смысл? И еще вопрос – кого оживил Петруччо? – заметил Арей задумчиво.
Улита подошла к лестнице.
– Эссиорх, зайчик! Пойдем со мной! Девочка хочет на воздух! В подземелье у нее начинается клаустрофобия! – сказала ведьма.
Мефодий оглянулся на Дафну. Та наглаживала Депресняка с такой целеустремленностью, словно пыталась решить школьную задачу: сколько времени нужно гладить одну кошку, чтобы выделившейся энергии хватило вскипятить литр воды. Правда, в задаче кошка не была лысой.
