В нью-йоркском универе Светлана Глебова не заметила ни одного знакомого лица в толпе студентов. Но этот мужчина к ней обратился как никто другой — с легкостью определив девушку из многочисленной группы выпускников. Его строгий и дорогостоящий костюм сочетался с неожиданно внушающей уважение прической, но лицо его было мрачным и загадочным — такая встреча тут же вызывала скрытый интерес и настороненность....
Заказавший убийство Метис был одним из помощников Графа, а Граф работал на Драгуна, очень богатого предпринимателя, о чьих методах умножения собственного состояния Бивень кое-что слышал. Недавно Драгун умер, у него осталось трое сыновей. Возможно, началась драчка за наследство, и в ней каким-то боком оказалась замешана эта самая девка. Кроме того, до Бивня дошли слухи о серьезном толковище, устроенном Драгуном незадолго до своей смерти. Но оно было надежно засекречено, и какой-либо информации Бивню раздобыть не удалось.
К Светлане подскочил Москит:
– Это она, та самая! Не сомневайся, Замес, мочи ее.
– Глохни, клоун, я сам знаю, что мне делать! – Замес наклонился к девушке. – Ну давай, подруга, рассказывай, че ты здесь делаешь?
– А мы это… ходим по тайге, любуемся красотами.
– Тебя когда-нибудь били по-настоящему, кости ломали? – поинтересовался Замес.
– Нет, никогда.
– Так вот, или ты начнешь говорить правду, или мои пацаны тобой займутся. Они и кости тебе переломают, и изнасилуют в самых извращенных формах.
Девушка смотрела в лицо бандита и понимала, что он говорит правду. Но понимала Светлана и другое. Если она расскажет все как есть, ее убьют – за ненадобностью. Убьют, возьмут подсказку и найдут завещание. Кстати, о завещании. Девушка едва сдержала радостную улыбку. Ей в голову пришла спасительная мысль. Слегка наигранно вздохнув, она сказала:
– Понимаете, я – дочь Владимира Драгуна. Слыхали о таком?
Замес о Драгуне слышал, знал, что он богатый человек и недавно умер, – но не более того.
– Перед смертью отец собрал всех восьмерых детей, чтобы объявить свою волю.
– Нехилая у вас семейка, – удивился Замес."
"– Из восьми детей лишь трое были рождены в браке, остальные считались незаконнорожденными, – пояснила Светлана. – Но перед смертью отец решил сделать нас всех равными претендентами на наследство. Чтобы получить деньги, надо было отыскать спрятанные завещания.
