В нью-йоркском универе Светлана Глебова не заметила ни одного знакомого лица в толпе студентов. Но этот мужчина к ней обратился как никто другой — с легкостью определив девушку из многочисленной группы выпускников. Его строгий и дорогостоящий костюм сочетался с неожиданно внушающей уважение прической, но лицо его было мрачным и загадочным — такая встреча тут же вызывала скрытый интерес и настороненность....
И он собирался взять с собой достаточно много денег. Много, имея в виду не только сумму, но и общее количество купюр. Олег не хотел обременять себя лишним грузом. Провизию, некоторые вещи он собирался покупать в дороге. Понятно, что в африканских деревнях банкоматы встречаются так же часто, как и в российских селах, и разменять сотню баксов, если речь зайдет о покупке курицы или местных фруктов, будет весьма проблематично. А Олег не хотел раскидываться сотками направо и налево. Для этого он запасся десятками.
– Зовите меня Дрозд, – вместо приветствия сообщил он.
Олег растерялся, зато его охранник отреагировал быстро и зло:
– Слышь, пернатый, че те надо? Бабок хочешь? Отвали, пока я тебе по репе не настучал! Иди вон на неграх потренируйся!
Игнорируя гневную тираду охранника, Дрозд сказал Драгуну:
– Олег Владимирович, вам привет от вашей мамы.
– Да? А о чем? – растерялся Олег.
– Обо мне. Она введет вас в курс дела.
Переговорив с матерью, молодой человек в тысячный раз проклял свою судьбу. Ведь он так старательно продумал вариант, обеспечивающий ему безопасность, а все оказалось напрасно. Прилетел Дрозд, и присутствие в Кении охранника стало лишним.
– Хотя нет, – тут же подумал Олег. – Если бы гид обнаружил мои деньги, он бы мог улучить момент и прикончить нас обоих. С охранником в качестве пугала как-то надежнее.
Появление Дрозда несколько облегчило задачу Олега. Здоровенный парень мог тащить часть поклажи физически слабого Драгуна; кроме того, теперь у них было два человека, умеющих пользоваться оружием. Сам Олег никогда не стрелял, он всегда уклонялся от охоты, которую любили отец и старшие братья.
Глава 14
Борис Рублев почти месяц безвылазно сидел в Москве. Так сложились обстоятельства, изменить которые Рублев был не в силах. Борис в каком-то смысле оказался заложником собственной обязательности и редко позволял себе надолго отлучаться из столицы, зная, что его услуги могут потребоваться в любую минуту. Время он проводил как обычный отставник, решивший не искать работу и живущий на скромную пенсию.
