Рассказ А. Бармина о жизни Ивана Ивановича Ползунова и его идее огнедействующей машины. В ходе путешествия по Сибири возникают напряженные события, связанные с дорожными испытаниями и неожиданными встречами. Интрига развивается вокруг судьбы людей и происходящих событий в суровых условиях.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Механикус Ползунов»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Рассказ А. Бармина о жизни Ивана Ивановича Ползунова и его идее огнедействующей машины. В ходе путешествия по Сибири возникают напряженные события, связанные с дорожными испытаниями и неожиданными встречами. Интрига развивается вокруг судьбы людей и происходящих событий в суровых условиях.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Рассказ А. Бармина о жизни Ивана Ивановича Ползунова и его идее огнедействующей машины. В ходе путешествия по Сибири возникают напряженные события, связанные с дорожными испытаниями и неожиданными встречами. Интрига развивается вокруг судьбы людей и происходящих событий в суровых условиях.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Наступило молчание.
Через пять минут Черницын робко спросил:
— Воду можно сливать?
Ползунов отрицательно покачал головой.
— Не вышла проба, Иван Иваныч?
Ползунов приподнялся.
— Еще не все! — прошипел он, — свечу мне… Да лей воды на тулуп.
Черницын подумал, что ослышался.
Но Ползунов уже встал, разложил на полу тулуп и вылил на него одно за другим два ведра воды. Надел на себя мокрый тулуп и с зажженной свечой полез в топку котла. Его движения выражали отчаяние и решимость — словно он собрался в рукопашную с упрямым врагом.
Ученики переглянулись.
— Что он делает? — тревожно спросил Лаксман. — Здоров ли он? То-есть я хочу сказать… его ум… вы понимаете?
В отверстии топки показалась свеча, а за ней голова Ползунова.
— Оплывает, не годится, дай лучины, — медленно проговорил Ползунов.
Сальная свеча в его руке, действительно, растопилась до основания и светильня горела во всю длину, свернувшись на бок.
Черницын мигом сделал факел: намотал на прут пакли, облил маслом из плошки и зажег. Ползунов, взяв факел опять полез в сухой зной топки. Голова кружилась, дыхание спирало от горячего воздуха и угарных газов, но Ползунов нашел то, что искал. В нескольких местах медь котла была уже разъедена, и тонкие, как иголки, струйки воды выбивались из дырочек. Все ясно — медь прокована плохо, котел никуда не годится. Проба не удалась.
Последние силы оставили Ползунова, он пошатнулся и без чувств упал на руки подоспевшего Черницына.
Левзин проводил Лаксмана до самых дверей Горной канцелярии.
— Заметьте, — сказал Левзин на прощанье, — вся причина от невежества искусства мастеров, а теоретически все правильно.
В Горной канцелярии шла спешка. Отправлялся серебряный обоз. Щедрой рукой лили канцеляристы горячий сургуч на ящики и с размаху шлепали печать. Ящики выносились наружу и привинчивались к саням. Больше четырех с половиной тысяч верст должны проскользить по Сибири и России сани, прежде чем попасть в Канцелярию двора ее императорского величества. Прочные ящики нужны для такого пути, прочные сани, выносливые ямщики и надежный конвой. Сам Ратаев хлопочет с отправкой обоза, проверяя описи, осматривая оружие конвоиров. С его парика сыплется пудра, когда он поднимает к потолку тяжелый фузейный ствол и заглядывает в канал.
— С Полтавской баталии не чищено! — орет Ратаев. — Стрелять нельзя, воистину положи мя! Голову сломаю сквернавцу! Как рака раздавлю! В такую-то минуту пришел к управителю Лаксман.
— С чем пожаловали, ваше преподобие! — загрохотал Ратаев.
— Я пришел от Ползунова, господин управитель. — Шихтмейстер и мехакикус Ползунов болен жестоким гортанным кровотечением и даже рапорта написать не в состоянии. Сегодня была проба огненной машины.
— Опоздались-с! Уже написано и запечатано.
