В глубоком омуте, где мелкие водовороты сглаживают дневной стресс, ты оказываешься неспособна вырваться. Темные тени вокруг словно копят силу, стремясь поглотить тебя в бездонную глубину. Дыхание исчезает, и тебе кажется, что горящий огонь легких только усиливается под водой....
Я хочу домой, к цивилизации, где горячая вода и туалет с удобствами...
- Жаровни нет, - старуха вернула меня из мечтаний о том мире в реальность этого.
- А вот это - уже проблема, - признала я. - Нам нужны жаровня, теплая одежда и мука, чтобы хоть лепешек испечь. Есть яйца каждый день - так себе перспектива, - я заметила недовольный взгляд мамаши Жо и поправилась: - Приедается - яйца каждый день. И вообще, смешно, что на мельнице муки нет.
- Запусти жернова, если такая умная, - огрызнулась она и пошла собирать просохшее белье.
Я осталась во дворе, задумчиво глядя на синюю гладь озера. Вдруг я здесь надолго? На зиму? На год? Вдруг долго не смогу найти дорогу назад? То, что не смогу быстро - я в этом даже не сомневалась. Потому что не известно как я сюда попала - случайно или по чьей-то воле. Если случайно, то глупо лезть обратно в озеро, чтобы отыскать портал между мирами. Если по чьей-то воле - то потребуется время, чтобы этого кого-то найти.
А зима, между прочим - не шутки. Это тебе, Светочка, не в городской квартире с центральным отоплением на снежинки за окном любоваться.
- Эй, хозяйка! - раздался позади меня грубый хриплый голос. - Не передумали? Пока предложение в силе - десятка серебром!
Я оглянулась, сообразив, что зовут именно меня (Эдит, конечно же, Эдит! но что поделать, если мы с ней уже сроднились?), и обнаружила, что возле покосившейся низкой изгороди, в проеме, где выломаны доски, стоит крайне неприятный тип.
Одет он был просто, но во все новенькое, а сапоги просто ослепляли блеском. Он хотел молодцевато перепрыгнуть через забор, но живот помешал, и, позорно провалившись на этом испытании, тип с зубочисткой поступил проще - пролез в дыру в заборе и встал своими блестящими сапогами прямо на луковую грядку.
Этого нельзя было стерпеть, особенно, если учесть, что лук был почти единственным средством существования на этой обнищавшей мельнице.
- Хозяйка... - вальяжно начал тип с зубочисткой, но я совсем не вальяжно его перебила.
- Эй, дядя! - прикрикнула я, потому что каблуками с набойками он давил луковицы, как гнилую картошку.
