Ночью я просыпалась от нестерпимого голода. Жадный желудок молил о кусочке пищи, но новая диета лишь позволила утолить голод в 17:30. Теперь полночь приближалась, и ходу муки сгустился до невероятной силы. Поесть несложно было, ведь спать хотелось так, словно надвигался бунт небес....
Придется вести поганца к нему домой и жаловаться родителям. Это надо же, что придумал! Да еще в таком возрасте.
И тут ребенок, растеряв весь свой гонор, тихо-тихо прошептал:
– Просто есть хочется."
"У меня внутри все и оборвалось. Уж про голод я знала не понаслышке. И сейчас я не про жесткие диеты, которыми истязала себя, не про скромный рацион у тетки, вечно экономящей на нелюбимой племяннице. Я вспомнила те несколько дней после смерти родителей, когда родственники с азартом делили наследство, позабыв, что в квартире заперт маленький ребенок.
Услышав от ребенка про голод, все мои воспитательские порывы мгновенно растворились в жутком приступе жалости и сочувствия. Согласна, грабеж – не самый лучший способ добыть еду, но в столь нежном возрасте далеко не каждый сможет найти правильный и честный выход из сложившейся ситуации.
– А родители? – Я медленно принялась отпускать ребенка, опасаясь, что тот напуганный сбежит от меня.
– Умерли.
– Родственники?
– Тоже.
Бедненький! В этот момент я готова была сама выйти на большую дорогу, чтобы только накормить малыша.
Стоп. А кого вообще здесь на окраине можно встретить кроме пьянчужек? Ну, и меня, конечно. Что-то тут не так.
– И много получается добыть грабежом?
Ребенок снова хлюпнул носом и утерся рукавом.
– Не очень.
