Эпоха императора Августа. Восстание в Испании. Герой по имени Корокотта встает на защиту родной земли против римской экспансии. Его путь — от простого воина к легендарному вождю, который станет символом сопротивления величайшей империи того времени.
Раздел Chitat.online для книги «Меня зовут Корокотта» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Эпоха императора Августа. Восстание в Испании. Герой по имени Корокотта встает на защиту родной земли против римской экспансии. Его путь — от простого воина к легендарному вождю, который станет символом сопротивления величайшей империи того времени.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Эпоха императора Августа. Восстание в Испании. Герой по имени Корокотта встает на защиту родной земли против римской экспансии. Его путь — от простого воина к легендарному вождю, который станет символом сопротивления величайшей империи того времени.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
В том числе сделал каменную печь в кукине (кухне) и камин в зкседре (гостиной, а летом еще и столовой). В хозяйственной части добавил погреб-лёдник — нынешний вариант холодильной камеры. Зимой специальные каменные отсеки с наклонным полом и отверстиями для стока воды заполняются большими кусками льда, обильно посыпанного мелкими опилками. Так он тает намного медленнее. За теплый период уходит примерно треть льда, медленно оседая. Для римлян лёдник был в диковинку, но быстро оценили его достоинства. В латифундии здорово помогал в жару. В Риме мы будем, как я надеюсь, только в холодное время года, но пригодится для хранения быстропортящихся продуктов.
Ремонт, как положено, затянулся. Флавия, которой не терпелось похвастаться перед менее удачливыми подружками и знакомыми, прямо таки места себе не находила. Меня обвинила в нежелании переезжать в Рим и преднамеренном издевательстве над ней. Потратил день, свозил ее в столицу. Там как раз меняли чердачное перекрытие. Старые, гнилые, изъеденные червями доски валялись в атриуме.
— Вот это было бы над головами наших детей, — объявил я.
На самом деле, на втором этаже живут рабы. Там летом пекло, а зимой дубак. Такие тонкости не для женского ума, поэтому увиденное сразу сбило гнев Флавии.
— Не думала, что Валерии живут так плохо, — призналась она.
Снаружи блеск, а внутри гнилье — это девиз Рима и любой другой империи.
Говорить его жене не стал, себе дороже, а всего лишь посоветовал:
— Не торопись. Успеешь разозлить подружек и знакомых, никуда они не денутся. Зато приведешь их в домус, который будет выглядеть, как новенький."
"Флавия вздохнула тяжело и в тот же день поехала со мной в латифундию, где терпеливо просидела почти до конца января. За это время домус полностью обновили и заполнили мебелью, частично неведомой римлянам. У них, как и у других нынешних и предыдущих народов, в жилье пустовато. Из мебели только столы, табуреты, стулья, лавки, полки, прибитые к стенам, и у богатых еще сундуки и кровати с деревянным каркасом и кожаной сеткой. Обычно делают их очень узкими, односпальными. Богатые предпочитают ночевать раздельно. Флавия из, так сказать, низа среднего класса, поэтому любит спать вместе. Говорит, что по ночам одной бывает страшно, а, как сделал вывод я, ей нравится утренний спонтанный секс. По моему заказу изготовили широкую двуспальную кровать, а еще шкафы, комоды, диваны, кушетки, кресла, тумбочки и даже трельяж. Я пообещал изготовить летом и вставить в него большие, высокие, стеклянные зеркала. Пока что римляне пользуются бронзовыми, хорошенько надраенными.
Первые недели три домус был чем-то средним между музеем и банкетным залом, причем в большем триклинии оттягивались дамы.
