В Меня зовут Корокотта, читатель найдет историю о морских разбойниках из самых разных народностей — от Руси до Шумерии и Кетцалькоатля. Здесь мир кипит действиями капитанов в роскошных кораблях и небольших парусниках, среди подводных льдов и диких пустынь. Сюжет полон приключений от борьбы за награду до глубоких душевных внутренних битв и загадочных поисков.
Вооружены копьями длиной метра два, топорами, дубинами, кинжалами. Лучников мало, едва ли каждый десятый. Щиты круглые, разрисованные на зависть художникам-абстракционистам, висят на ремнях за спиной. Все в длинных шерстяных плащах разных цветов, по большей части темно-серых. Доспехи, за редчайшим исключением, кожаные или матерчатые. Всего у нескольких были римские шлемы, причем у одного центурионский с поперечным гребнем из конского волоса, выкрашенного в красный цвет. Сейчас он висел на ремне поверх щита. Некоторые ведут мулов или ослов, понадеявшись на большую добычу. Лошадей нет.
Я решил, что обладатель шлема центуриона — доминантный самец, и начал с него. Шел он во второй плотной группе, самой многочисленной, и шагавшие рядом воины были экипированы лучше остальных. Я подождал, когда они окажутся в самом опасном участке ущелья, где не спрячешься, и жертва минует меня. Дистанция была метров восемьдесят. Плюс летела стрела сверху вниз. Вошла под острым углом в затылок, поросший густыми черными волосами. Доминантный самец сделал еще пару шагов, после чего ноги подогнулись, упал ниц, словно хотел оказать глубочайшее почтение."
"Я строго-настрого приказал всем подчиненным начинать действовать только после моего выстрела. Может быть, поэтому или любопытно было посмотреть, как стреляю я и что будет с веннонетским лидером после попадания стрелы в голову, но вступили они в дело только после его падения. Сверху полетели стрелы и камни, покатились валуны, сметавшие, расплющивавшие врагов, которые заорали истошно, засуетились, как тараканы на раскаленной сковороде. Никто даже не попытался сопротивляться. Все тупо ломанулись в обратную сторону, хотя те, кто шел в авангарде, могли бы спастись, если бы рванули вперед.
Как долго продолжалось избиение, точно не скажу. В бою время летит незаметно. В какой-то момент грохот камней стал громче человеческих воплей, а потом заглушил стоны. Орать уже было некому. Сотни две счастливчиков, успевших выскочить из засады, улепетывали по горной тропе на север, а остальные лежали в ущелье мертвыми или ранеными.
— Спускаемся! — приказал я.
Десяток сагиттариев переместился по верху склона к началу ущелья, чтобы подстраховать в случае, если вдруг случится чудо и уцелевшие веннонеты решат вернуться, дать бой. Остальные воины спустились вниз и принялись добивать врагов и собирать трофеи. Я проинструктировал, чтобы легкораненым сохраняли жизнь.
