В Меня зовут Корокотта, читатель найдет историю о морских разбойниках из самых разных народностей — от Руси до Шумерии и Кетцалькоатля. Здесь мир кипит действиями капитанов в роскошных кораблях и небольших парусниках, среди подводных льдов и диких пустынь. Сюжет полон приключений от борьбы за награду до глубоких душевных внутренних битв и загадочных поисков....
В другой пожилой врач стоял возле стола, на котором лежала Одиссея с перебинтованным правым бедром, поил ее чем-то из чаши. Судя по тому, как кривилось лицо гладиатрисы, напиток на вкус был той еще гадостью.
Видать поэтому, допив и увидев меня, произнесла грубо:
— Чего уставился⁈
Я решил поднять ей настроение, произнес серьезно:
— Сиськи у тебя красивые.
Если скажешь женщине, что она красивая, не поверит, хотя и не обидится. Надо точно указать, что именно тебе понравилось. Лучше всего выбрать глаза. Любое мнение о них сочтут имеющим право на существование.
— Жаль, что не могу встать! Я бы укоротила твой поганый язык! — агрессивно, но не очень убедительно, произнесла Одиссея.
— Я тоже люблю тебя, — улыбнувшись, произнес я и, не дожидаясь ответных признаний, пошел к выходу.
За такие слова еще никому ничего не укорачивали, поэтому и Одиссея промолчала.
— Договорился? — спросил громила, стоявший на входе.
— Вроде бы, но с Луцием Дуилием, — ответил я.
— Тоже хороший мунерарий, — произнес охранник тоном, каким выражают соболезнования по случаю преждевременной кончины близкого родственника.
Глава 23"
"Марсово поле быстро застраивается. Лет тридцать назад на этом месте был пустырь, на котором подростки бегали наперегонки. Теперь стоит прямоугольная двухэтажная школа высотой метров шесть с односкатной крышей с наклоном наружу, покрытой красно-коричневой черепицей. Вход один через арку, закрытую воротами из дубовых досок, покрашенных в красный цвет.
Луций Дуилий сидел на деревянной лавке в тени у южной стены под деревянной галереей, идущей вдоль второго этажа, наблюдал за тренировкой. Что-то ему не нравилось. Заметив меня, успокоился.
