Мина присела на корточки рядом с Винсентом и положила руку на его предплечье. Она была очень серьезна.
— Так ты замешан в этом, Винсент Вальдер? Каким образом?
— Я?.. Ты уверена? Но ведь были, наверное, и другие люди, которые их знали… Дай мне десять минут, и я докажу, что Йессика, Малин и Шарлотта покупали сладости в одном и том же магазине. Или подростками водились с одним и тем же парнем. А когда выросли, работали в одном и том же месте. Хочешь подвергнуть перекрестному допросу всех, кто их знал?
Мина убрала руку. Лобовая атака не входила в ее планы, и Винсент явно не был готов к ней. Время для этого вопроса еще не пришло.
— Прости. — Винсент протянул руку, которую Мина не взяла. — Ты права, — сказал он, — крайне маловероятно, что это случайное совпадение. С учетом того, что я тоже принимал участие в расследовании, чего не делал ни один из их случайных общих друзей. Я только не хочу, чтобы ты думала, что я что-то от тебя скрываю. Мне известно не больше твоего, и о книге с леопардом тоже. Я действительно не понимаю, что все это значит.
Винсент кивнул на снимок и осекся.
— Ты хочешь… уж не думаешь ли ты, что я следующая жертва? Или… мой сын Беньямин? Что это его в следующий раз найдут в ящике оригами с цифрой на лбу?
В этот момент Винсент представил себе, как этот диалог выглядит со стороны — совсем как в фильме. Но Мина покачала головой.
— Нет, — сказала она, — думаю, твоя роль здесь совсем другая.
Она взяла со стола следующий заламинированный листок и протянула ему. Это был старый номер газеты «Халландпостен», точнее, его первая полоса со статьей под громким заголовком с восклицательным знаком. Хотя большую часть страницы занимала фотография, которую Винсент когда-то уже видел, всего один раз, прежде чем приемные родители выбросили газету. Но она навсегда запечатлелась в его памяти. Мальчишка посреди двора — что за двор, не было видно, но Винсент с легкостью восстановил недостающие детали. Центральная газета, конечно, опубликовала бы другой снимок или не опубликовала бы никакого вообще. Но редактор «Халландпостен» не стал возражать против фотографии ребенка на первой полосе. Да и время было совсем другое. За спиной мальчика — полосатая заградительная лента, и еще дальше — ящик со звездами.
Мальчик смотрел прямо в камеру, и этот взгляд Винсент узнал сразу. Он видел его каждое утро в зеркале в ванной комнате.
— Твои коллеги уже знают? — прошептал он.
