Что бывает дальше, не секрет, об этом просто не принято говорить вслух: АТР выжидает, пока плотность населения в его новой «проектной зоне» не снизится до расчетного уровня. Чтобы потом, когда Агентство принесет сюда мир и процветание, всем хватило и того, и другого. По окраинам Абуджи прозябает сто тысяч — и что-то АТР не спешит.
А зачем спешить, простите за цинизм?
С точки зрения мирового сообщества ничего в Нигерии не изменилось, только стало меньше народу, и правительство вернулось в Лагос. Северная половина страны как жила по шариату, так и живет, южные штаты остались христианскими.
Подумаешь, случился внутренний конфликт. Нигерийские властные кланы решали свои проблемы под уважительным предлогом борьбы с исламским экстремизмом. А несколько частных военных компаний проходили мимо — и помогли. Ну и случайно между собой зарубились чуток. Прямо в столице. Наверное они давно мечтали раздолбать город-миллионник и поубивать друг друга. Где бы им еще дали такое отмочить. А в Африке — можно.
А ради борьбы с мировым терроризмом — нужно! А для тех, кто явится сюда осваивать средства на восстановление региона, просто жизненно необходимо.
Нет, не смешно как-то.
Но ведь в общих чертах именно так и было.
И тишина — будто так и надо...»
Леха понял, что непростительно отвлекся. Нельзя задумываться в городе, где стреляют. Это все из-за жары. Хочется спрятаться, хотя бы в себя. Он навострил уши.
— Почему-то медики всегда в аэропорту, даже если от него мало осталось. Условный рефлекс, а? — Пасечник фыркнул.
— Подальше от больных, особенно от вооруженных!
— Там уцелели таможенные склады и несколько ангаров, — сказал Леха, просто чтобы никто не подумал, будто он заснул. — Местным они без надобности, слишком далеко от основных трасс. Вот в них мальтийцы и сидят... Кстати, о местных — Майк наверняка все знает про аэропорт.
— Слушай, ну я же шучу. Мальтийцы большие молодцы, хоть их мотивы и загадка для всех... А насчет местных... — Пасечник одним взглядом без лишних слов выразил свое отношение к проводникам.
Но, тем не менее, повысил голос и спросил: — Майк! А скажи-ка мне, этот ваш, как его... Яба!
— Йоба! — рявкнули хором Леха и Смит.
— Он совсем никогда не стрелял по аэропорту?
Леха тихонько выругался по-русски. Смит посмотрел на него с пониманием.
— Я имею в виду — пока врачи еще не приехали? Может, тогда этот... эта штука туда стреляла? А ты сам был здесь в дни конфликта?
— Йоба не стрелять аэропорт никогда.
