В холоде этого кабинета, где каждый шарик часов кажется угрозой для спокойствия, мертвец чувствует себя необычно комфортно. Темные углы прячутся от его внимания, но лишь под давлением страха — когда он смотрит на них, тени скрываются и кажутся обычными, словно приспосабливаясь к тому, что происходит вокруг него....
– К примеру, аневризма: она у вас в голове, но при этом вы уже мертвы, знаете вы о ней или же нет.
– Так вы мне верите, доктор? – с надеждой в голосе спросил Лео.
Доктор приблизился, заглянул ему в глаза, велел открыть рот, пощупал шею, запястье, мочку левого уха.
– Мой вердикт: мертвы! – воскликнул он, завершив осмотр. – Вы совершенно и бесповоротно мертвы, молодой человек!
Лео издал вздох облегчения.
– Так говорите, вам посоветовали обратиться именно ко мне? – спросил доктор.
– Нет. Мне советовали обратиться к доктору Загеби.
– Да, именно это вы и сообщили на регистрационной стойке. – Глаза доктора загорелись подозрительностью. – А, позвольте поинтересоваться, кто вам порекомендовал доктора Загеби?
– Это неважно, – отрезал Лео. – Так что мне делать, господин доктор? Идти домой? Может, мне сказали неправду и доктор Загеби вовсе не лучший в своем деле? Может, у вас, в этой палате «39, особый уход» нет мест и все забито людьми, которым нужен… особый уход?
Доктор Грейхилл встрепенулся, как будто кто-то решил вдруг отобрать у него конфету, которую он уже развернул и практически положил в рот.
– Что вы, что вы! Вам сказали правду, молодой человек. Доктор Загеби лучший в своем деле, и вам помогут в палате «39, особый уход», я обещаю. Вы получите то, что хотите."
"– Понимаете, – угрюмо сказал Лео, – это ужасное состояние. Просто невыносимое. Я устал. Мои близкие… я мучаю их.
– Я вас понимаю. И мы вам поможем. Прекратим ваши страдания.
Лео опустил взгляд. Его немного смутило, что этот человек не стал его отговаривать или убеждать в чем-то, как доктор Доу. Доктор Грейхилл сразу же согласился его… убить.
– Доктор Загеби примет вас. Но сперва вас нужно подготовить. Палата «39, особый уход» ждет вас…
Именно так он и оказался здесь, переодетым в полосатую больничную рубаху, с гложущим, ноющим чувством внутри. Доктор проводил его и, кивнув на свободную кровать, сказал, что скоро вернется: «Болезни болезнями, но стейк из крольчатины по расписанию».
Когда этот странный Грейхилл ушел, Лео хотел было подойти к окну, но санитары у двери одновременно и весьма недвусмысленно покачали головами. Один из них буркнул: «Пациенты здесь не ходят», – и Лео сделал единственное, что ему оставалось.
Окинув взглядом с виду деревянную и покрытую зелеными пятнами подушку, он подавил в себе омерзение и лег на кровать.
Мысли Лео тут же перенесли его в переулок Трокар, к доктору Доу.
