Хромой костёр тревожил, и он немедленно устраивался вдали от пещеры отдыхать. Сейчас спит Хромой в углу каменного жилища: шерсть вздымается и опускается под его глубоким дыханием. Волк видит свои сны, и Игнату ясно всё понятно по рывкам Хромого и едва слышному всхрапу.
Раздел Chitat.online для книги «Мертвое ущелье» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Хромой костёр тревожил, и он немедленно устраивался вдали от пещеры отдыхать. Сейчас спит Хромой в углу каменного жилища: шерсть вздымается и опускается под его глубоким дыханием. Волк видит свои сны, и Игнату ясно всё понятно по рывкам Хромого и едва слышному всхрапу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александр Александрович Тамоников Литрпг подборки серии
Хромой костёр тревожил, и он немедленно устраивался вдали от пещеры отдыхать. Сейчас спит Хромой в углу каменного жилища: шерсть вздымается и опускается под его глубоким дыханием. Волк видит свои сны, и Игнату ясно всё понятно по рывкам Хромого и едва слышному всхрапу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Игнат затаился за деревом. В санях на сене сидели два немца и негромко о чем-то разговаривали.
Он срезал их одной очередью, но лошадь, привыкшая к стрельбе, не испугалась выстрелов и продолжала спокойно двигаться шагом.
Пересиливая мучительную боль, Игнат догнал сани и повалился на сено. Некоторое время отдыхал, потом столкнул мертвых фрицев в снег, оставив только оружие. Дорога стала отдаляться от линии фронта, углубляясь в лес. Игнат забеспокоился. Во-первых, ему надо найти наиболее удобное место для перехода к своим, так что нельзя удаляться, а во-вторых, на пути в тыл немцев могут быть тыловые охранения и караулы, фронтовые он все прошел, а тыловые как раз могут оказаться на дороге.
Пока он раздумывал, впереди вдруг возникли три темные фигуры.
— Хальт!
Голос немца был спокойным, здесь, видимо, привыкли к конным упряжкам в своем прифронтовом тылу. Сани двигались ровно, без спешки, лошадь шла быстрым шагом. Игнат извлек обе гранаты, приготовил автомат.
Все трое стояли на дороге, и, не доезжая до них метров тридцать, Игнат решил бросить гранату. Подальше, чтоб не ранить лошадь... Хотя осколки летят далеко, но может, и обойдется. Другого выхода все равно нет. Немцы не увидели его броска — он пригнулся, прячась за лошадью,— и взрыв застал их врасплох, на дороге...
Игнат нахлестывал лошадь, и когда еще несколько фрицев выбежали на дорогу, он уже проскочил кордон, полоснул по ним из автомата и швырнул назад вторую гранату. После глухого взрыва выстрелы немцев смолкли, а он нахлестывал и нахлестывал лошадь, которая мчала его по лесной дороге.
Сперва Игнат еще сидел, держа вожжи, потом красные круги поплыли перед глазами и он повалился лицом в пахучее сено...
Очнулся утром, когда уже совсем рассвело. Лошадь стояла и изредка пофыркивала. Игнат быстро сел, вскинув автомат. Никого вокруг не было. Всю ночь он проспал на сене в своей меховой куртке и ватных брюках, под маскхалатом. Он не замерз, все-таки на сене спать не хуже, чем в снегу. Нога все так же болела, но жар в теле как будто уменьшился. Он вскрыл банку тушенки из своего НЗ, поел, осмотрелся."
"Сани стояли в каком-то лесном тупике, здесь дорога кончалась. Видимо, сюда когда-то ездили на лошадях за дровами. Он бросил на снег сено, и пока лошадь ела, Игнат внимательно осмотрелся. Как и прежде, глаза, не привыкшие к дневному свету, приходилось почти зажмуривать. Он слез с саней, взял лошадь под уздцы, чтобы развернуться.
