Автор
В эпизоде Мертвого Сезона в Раю, чудовища визжит и поливает жертву ядом. Эль не успевает укрыться, и слизь непрошенная осыпает ее плечо, но даже тогда она остается цела. Эта книга раскроет гротескный мир за пределами человеческой реальности, где каждый день становится тяжелее предыдущим, и каждая жертва — еще одна дверь в неизведанное зло....
— Что? — Он перевел взгляд на подкравшегося к нему старика.
Бирн и правда оказался совсем рядом. Стоял, заложив руки за спину, и, подслеповато щурясь, вглядывался вдаль, туда, где как раз играли ребенок и собака.
— Если вы так переживаете из-за невинных жертв, то не плодите новых, — строго произнес Бирн, на мгновение бросив на Грегори взгляд-укор. — Совсем ведь малыш, правда? Зачем ему умирать?
— В вас вообще нет ничего святого? — не выдержал Грег. — Ему лет восемь!
— Одиннадцать, — безмятежно возразил старый целитель.
— Помню, — ответил Грег, втянув в себя воздух через крепко сжатые зубы.
Старик же улыбнулся и, отходя, одобрительно похлопал его по спине (Грегори увидел, как тот протянул руку, но ничего не почувствовал).
— Вот и хорошо, вот и решили. — И уже обернувшись через плечо, вновь возобновив путь к валунам: — А то тут по всему берегу закопаны артефакты, доверху наполненные черной энергией.
На сей раз Грег сжал зубы в прямом смысле до хруста.
А звонкий собачий лай и веселый детский смех удалялись все дальше и дальше, пока наконец полностью не стихли…
— Гре-го-ри! Будьте добры, не отставайте, пожалуйста! — позвал Бирн.
"Безвольное тело дернулось, откликнувшись на приказ, так резко, что чуть не завалилось на гальку.
— Прошу прощения, — повинился старый целитель, кажется, искренне. — К сожалению, ваша соседка была не опытна в создании рун и их привязке к кому-то определенному. Иногда они действуют слишком... м-м…
— Подло? — подсказал Грег, опять послушно топая вслед за своим «телоприказчиком».
— Шутите — это хорошо, — улыбнулся ему старик и на сей раз пошел вперед, не оглядываясь.
***
За валунами действительно оказалась спрятана лодка. И снова под изготовленной Мэйв руной. Бирн наклонился, поднял одному ему известный камень у подножия самого большого валуна, перевернул, потер гладкую серую поверхность пальцем, и перед ним появилось небольшое деревянное судно, словно соткавшись прямо из воздуха.
— Здорово, правда? — Выпрямившись, старик обернулся.
