Внутренние физические переживания героини создают напряженную и плотную атмосферу эксплуатации, где ее тело становится инструментом для демонстрации власти над ней. Этот ужасный сюжет держит читателя на грани страха и желания узнать больше о последствиях таких отношений....
Я пришла сюда за этим и не упущу свой шанс!
— Вы… то есть ты… научишь меня правильному контролю маны? Поможешь развить инстинкты? — заинтересованно произнесла, и на лице мужчины внезапно отразилась самодовольная ухмылка, от которой внутри что-то беспокойно дрогнуло. — Пожалуйста.
31.
Габриэль Мейз
Не сомневался в решении этой девчонки ни на минуту.
Но мне вдруг стало кое-что интересно…
— Почему ты так отчаянно стараешься? — прямо спросил, и Элана напряглась и перевела взгляд своих изумрудных глаз на потухший камин.
— Я снова хочу стать «кем-то»… — тихо произнесла она, удивив ответом. — Я хочу устроиться в элитное агентство и сделать себе имя, зарекомендовав себя, как одну из самых лучших в империи. Хочу найти свое место в жизни и больше никогда ни в чем не нуждаться.
Я молча слушал, заметив тусклый блеск в ее глазах.
Элана сидела неподвижно, сжав пальцы рук на своих коленях до побелевших костяшек.
Кажется, я догадывался, о чем она думала сейчас…
Я читал ее личную историю и прекрасно знал о тяжелых обстоятельствах ее семьи.
Раньше она ни в чем не нуждалась и имела статус дочери влиятельного аристократа Эрвана Фрэйза, а после разом лишилась всего, почти всего.
Печально. Но ее настрой мне только на руку.
Я поднялся со своего места, и девчонка перевела на меня взволнованный взгляд, словно опомнилась, сболтнув лишнего.
Откровения это очень хорошо, хоть и не всегда.
Я направился к камину и, взяв с его поверхности новую бутылку виски, открыл ее на ходу.
— Тебе налить? — предложил я, вернувшись в кресло, и девчонка как-то слишком бурно отреагировала, отрицательно замахав руками.
Я иронично усмехнулся, наполнив себе стакан, и Элана смущенно отвела в сторону глаза, плотно поджав губы с красной помадой.
Забавно.
У нее все на лице написано.
Девчонка была сильно напряжена. Я знал, что мой разговор с Робертой Кирлл напугал ее, и что она чувствовала себя сейчас неважно. Об этом было несложно догадаться.
Но она все еще здесь.
— Ты готова начать прямо сейчас? — поинтересовался я, будто в очередной раз желал убедиться в ее решительности.
— Да, — не раздумывая ответила она, и я невольно улыбнулся, поднося к губам граненый стакан.
Терпкая жидкость приятно обожгла горло, и меня посетила очередная мысль.
— Тогда мы проведем первый урок, а после официально заключим с тобой сделку.
— Сделку? — изумленно прошептала она, и я звонко поставил стакан обратно на столик между нами.
Ходить вокруг да около больше не имело смысла.
