На застуженном земле снег мерцал холодным серым оттенком в свете звезд Росс-128, казавшимся грязно-розовым на фоне неба. Мягкий хлопок в ладонях превращался в тяжелый снежный шар. Пробуя силу и точность броска, я стерпел первый попытку — метров тридцать пушкой вылетел снег в сторону казарм второго взвода. Ухмыльнувшись победе,我又开始搓第二个雪球，瞄准门口的哨兵。...
Сказала доверительно, даже с теплотой в голосе:
– Мы ведь не вмешивались по мелочам, Максим. Регулировали глобальное развитие, но в лучшую сторону. Иногда даже помогали вам прыгнуть выше головы.
– Цари были хорошие, слуги плохие?
– Слуги… – Мод вздохнула. – Человек, получающий ограниченные сверхсилы, неизбежно скатывается в свинство. Это многое говорит о природе человека, верно? А посредники нам нужны. И расплачиваться с ними надо, и одними лишь деньгами тут не обойтись.
– Вы же используете людей. Хуже – вы используете детей!
Мод всплеснула рукой.
– Да что ты заладил: «Детей используете…» В чем ценность ребенка? Ни в чем! Он еще не человек, он только потенциал развития! Всю человеческую историю с детьми не особо-то церемонились. Отправляли вкалывать на поля и в шахты, девочек выдавали замуж в десять лет, мальчиков забирали на войну в двенадцать! Если голод – выгоняли из дома, а то и съедали всей семьей… главное-то было выжить взрослым, а детей еще нарожают. Рубили головы и руки за воровство, отправляли в трюмах обживать Америку и Австралию… да это же совсем недавно было, восемнадцатый-девятнадцатый век! Ты думаешь, когда мы забирали детей пятьсот или двести лет назад, они были расстроены? Да они первый раз в жизни наедались досыта! Для них Саельм был раем, миром доброй Снежной королевы!
– А вы были Снежной королевой? – спросил я наугад.
Мод осеклась. Потом улыбнулась:
– Случалось, да. Кстати, нынешняя, в двадцатом веке привитая человечеству гуманность, защита прав ребенка – целиком наша заслуга.
Она вздохнула и закончила:
– Мы бы брали взрослых, но отсев идет чудовищный. После двенадцати лет клетки человеческого тела утрачивают потенциал Изменения, дальше идет только медленное умирание.
– А как же Призыв?
Мод ответила быстро, очень быстро, словно ждала этого вопроса:
– Совсем другое. Со своими минусами.
«И плюсами», – добавил я мысленно.
– Не мы плохие, – сказала Мод твердо.
Я пожал плечами.
– Могу организовать твое возвращение на Землю, – продолжала Мод. – Но там наши силы ограничены, Инсек шевельнет жвалами, и все Гнезда пойдут тебя убивать. Вот поэтому я придумала для тебя иной выход. Гораздо более гуманный и интересный!
Она отпила шампанского, и я подумал, что это скорее дань привычке, чем реальная потребность.
