Оперативники Акулов и Волгин расследуют серию убийств танцовщиц из ночного клуба. Для Акулова это дело становится личным — оно неожиданно связано с его семьей. Герои третьей книги серии вновь столкнутся с опасностью и тайнами, которые потребуют разгадки.
Достаточно малой искры, чтобы конфликт вспыхнул заново, и она, нарушив данное обещание, приехала в город.
Положив трубку, Акулов вздохнул. Диалог оставил тяжёлый осадок, но он, отмахнувшись, решил: «Позже можно будет объясниться». Сейчас главное — дело. Если он напортачит, отвлекшись от работы на личную жизнь, оператор не выключит камеру, а режиссёр не даст передышки, чтобы Андрей освежил в памяти сценарий и сосредоточился перед вторым дублем. Черновиков нет, все играется набело.
Пока он разговаривал с Машей, в отделение приехала Тростинкина.
Борисов сидел в кабинете и присматривал за Михаилом, а Рита и Волгин курили в коридоре. Когда Акулов приблизился, девушка оборвала себя на полуслове, улыбнулась и помахала перед мужчинами дымящейся сигаретой:
— С понедельника бросаю курить.
— С завтрашнего?
— Ага. Начинаю новую жизнь.
Андрей подумал, что до него они говорили о личном. Судя по виду Тростинкиной, она выражала неудовольствие какими-то поступками Волгина, и Акулов мысленно возмутился: «Да кто она такая, чтоб на него наезжать?» Возмутился и тут же вспомнил, что забыл передать Сергею её просьбу перезвонить. Может, причина разлада именно в этом? Он хотел признать свою ошибку и принести извинения, но сделать этого не успел.
Высокий черноволосый мужчина в кожаном пальто и роскошной меховой шапке «удача грабителя», при «дипломате», поднялся по лестнице и уверенно направился к ним.
— Адвокат Мамаев, — представился он.
— Следователь районной прокуратуры Тростинкина. Это я вам звонила.
— Очень приятно. — Мамаев предъявил документы: удостоверение и ордер на защиту Михаила."
"Движения адвоката были нарочито неторопливы, каждый жест выверен. Казалось, что Мамаев одновременно любуется собой со стороны, наслаждается своей значимостью и благополучием. Одна заколка для его галстука стоила больше, чем зарплаты Акулова, Волгина и Маргариты, взятые вместе, а стоимость флакончика туалетной воды, которой он обрызгался перед выездом, была сопоставима с квартальной сметой денежных средств, выделяемых Северному ОУР на оперрасходы.
— Я бы хотел поговорить с Михаилом наедине, — Адвокат убрал свои документы.
— Да, конечно. Сейчас мы вам найдём какое-нибудь помещение. Вы так быстро приехали…
— Я не привык медлить, когда интересы клиента требуют решительных действий. Итак, где мы сможем уединиться?
Андрею хотелось ответить: «На кладбище». Посмотрев на Сергея, он прочитал в его глазах те же мысли. Самоуверенный лощёный адвокат им одинаково не понравился.
