В помещении густо плескается вентиляционная грязь — кажется, чтобы уберечь меня от窒息. Страх оглушает: нет веры в нормальную жизнь обратно. Паника прикрывает думой об опасности для ребенка, сердце колотится как будто громадный зверь. Уже и слезы выступают навстречу прошлому. Сегодня клиентов меньше — двое легких на ощупь, и они не такие избалованные. Но даже такое облегчение лишь на время....
Я не успеваю даже толком понять, что он имеет ввиду, как его ладонь, тихонько, ударяет по моей промежности. Вона наслаждения захватывает меня. Кожа покрывается мурашками. Мой мужчина знает, что мне сейчас нужно. Он начинает равномерно наносить “пощечины” моей промежности, задевая клитор.
Я реву от возбуждения, меня уносит снова и снова и я уже в беспамятстве, словно дикий зверь, хочу только одного: кончить.
Его ладонь падает на мою промежность властно, и в то же время, нежно. Кожа горит и вся кровь уже прилипла к моему лону.
– Тебе нравится? – спрашивает меня заботливый голос."
"– Да, очень! Не останавливайся! – я уже даже перестала сосать член, так хорошо, что не могу уже нормально координировать движения. Павел наносит удар за ударом, задевая клитор и стимулируя его, с каждым разом. Его рука начинает гулять с бешенной скоростью и я уже не в силах сдержаться, меня накрывает волна наслаждения. Павел с силой сжимает мою промежность в кулак и заставляет меня испытывать невообразимые ощущения.
В мой расслабленный рот снова врывается огромный жеребец и весь мой мир, сейчас, крутится только вокруг удовлетворения этого гостя. Так хорошо не думать о проблемах, не заботиться ни о чем! Просто сосешь член и тебе хорошо от того, что твой близкий человек сейчас на седьмом небе от счастья!
Но всему приходит конец, даже вечерним минетам. Мой мужчина утомился, да и я уже – никакая. Глотаю его волшебное семя и чувствую так, словно меня переехал трактор.
– Ну что, может хватит на сегодня сказок? Что скажешь, моя милая, Шахиризада? – смеется и подмигивает.
– Думаю, с меня сказок точно хватит. – откашливаясь и уравновешиваю дыхание, после последнего вторжения в мое горло.
Все оставшиеся выходные мы провели вместе, и большую часть, в постели. Паша чувствует какую-то неловкость передо мной, небольшие угрызения совести у него, все-таки, есть. Причем, сама порка, его не особо беспокоила, он вообще считал себя пострадавшим в произошедшей ситуации, ведь я его, буквально, заставила заняться со мной этим.
Он переживает, что ему пришлось меня выпороть, оставив спать с покрасневшими, от экзекуции, ягодицами. Сегодня он, всевозможными способами, пытается загладить свою вину, стараясь быть заботливым и внимательным.
Но я не осуждаю его. Я уже давно знаю этого человека и его тягу к доминированию.
Мы вместе играем с ним в эти игры и мне нравится быть в роли подчиненной.
