Взгляд устремлен в казенное помещение — просторная комната с обшарпанным столом и пара старых стульев. Серые стены, крашеный потолок, и единственное окно со штукатуркой вместо рамы. Здесь чувствуется тоска и窒息— неприятное липкое ощущение давления в груди. Внезапно Игорь осознает, что это как будто именно так должно быть внутри закрытого пространства....
Из-за очертаний замка выглядывал довольно внушительный фрагмент крепостной стены, было заметно, что строители не теряли времени зря. Неподалеку от замка, на лугу, мирно свесив лопасти винтов, стояла боевая машина. У Седого ухнуло в груди сердце. МИ-28Н, мать его! «Ночной охотник»! Летать на подобном Решетову не доводилось, но он был наслышан об этом небесном «хулигане». С вершины холма не было видно — чем именно был вооружен вертолет, поэтому Седой пустил кайсана в галоп и устремился в сторону замка.
Едва он оказался во дворе, как в ту же минуту заметил радостное Ванькино лицо, выглядывавшее из окошка его комнаты.
— Папка, пиивет! — он повис у него на шее, ткнувшись носом в грудь.
— Привет, боец! — потрепал его волосы Седой. — Рассказывай — как сам!
Пока сын взахлеб, путаясь и перескакивая с темы на тему, пытался поведать ему обо всем разом, Решетов вполуха слушая его, подспудно кивал собиравшимся вокруг обитателям поместья.
— Приветствую! — Решетов гостеприимно улыбнулся земляку и протянул руку. — Сергей!
Тот пожал протянутую ладонь.
— Дмитрий, Дмитрий Логинов — он отошел на полшага и осмотрел Решетова, как будто какую-то диковинку.
— Местные уже и «поргемуху» мою обозначили? — рассмеялся Сергей.
— Ошибаетесь, — прищурился Дмитрий. — То не местные, я заочно много узнал о вас еще несколько лет назад: сначала перед вашей транспортировкой сюда; потом — после того, как исчез вертолет и вы сами растворились на просторах К 777, я более подробно ознакомился с вашим делом.
— Вот так вот, да? — прищурился Решетов.
— Согласен, — добродушно откликнулся Логинов и прошел за легатой в замок.
Едва они вошли, как Сергей тут же заметил спускавшегося по лестнице Витаро — тот, насколько это было возможно, спешил навстречу зятю. Они ткнулись кулаками, а потом обнялись.
— Как ты, легата? — слегка сжал его плечи Решетов и ощутил — насколько они стали костистыми.
