Герой, закаленный жизненными испытаниями, ведет верных бойцов в поход возмездия. Близкие погибли в чужой игре, став пешками в руках врагов. Теперь месть — его единственная цель. Со стальью в руках и легионом позади, он готов расплатиться с предателями, несмотря на боль потери.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Месть»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Герой, закаленный жизненными испытаниями, ведет верных бойцов в поход возмездия. Близкие погибли в чужой игре, став пешками в руках врагов. Теперь месть — его единственная цель. Со стальью в руках и легионом позади, он готов расплатиться с предателями, несмотря на боль потери.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой, закаленный жизненными испытаниями, ведет верных бойцов в поход возмездия. Близкие погибли в чужой игре, став пешками в руках врагов. Теперь месть — его единственная цель. Со стальью в руках и легионом позади, он готов расплатиться с предателями, несмотря на боль потери.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
"
"Телега, натужно заскрипев, обогнула пригорочек, взбираясь вверх и останавливаясь у небольшой неприметной полянки, на границе густо растущего кустарника и невысоких деревьев. А вот и мы приехали, и, похоже, нас ждут. Меня ждет моя «уграбленная» тележка и повесившие головы вампирчики, которые должны были все это хозяйство сберечь.
— Ну, здрав будь, Уна. — Из-за их спин, покряхтывая, выбралась в первые ряды хитроглазая бабулька. — И тебе не хворать, сестрица!
Мать-перемать! Весь заготовленный накал страстей, все мои громы и молнии ухнули куда-то вниз штанов, прямо здесь и сейчас прошлое вышло ко мне лицом к лицу, с размаху и с оттягом залепив звонкую сухую пощечину по моему лицу, стирая с него всю уверенность, спесь и все эти годы другой жизни. Мне навстречу, мирно шкандыбая, вышла сухонькая старушка-знахарка из деревни Дальняя, что когда-то, кажется, тысячу лет назад, так любезно врачевала мне стертые от лопаты руки.
— Априя? — Я часто-часто заморгал, пытаясь прогнать это наваждение. — Сестрица?
Туго, со скрипом у меня в голове закрутились шестеренки, сопоставляя общую картину бытия, звено за звеном растягивая цепочку событий.
— Апри… — Я повернулся к обомлевшей Хенгельман. — Ее же сожгли?
— Апри, ты?! — Хенгельман залилась слезами, схватившись за сердце. — Это правда ты?
— Я, Мила, я… — По лицу знахарки также побежали слезы. — Я, моя хорошая, это я…
Какой же я балбесоид! Они же как две капли воды! Такие… сморщенные, маленькие, седоволосые. Ну… одинаковые, как изюмки в булочке. Сухофруктики мои ненаглядные.
Пока я подбирал отпавшую челюсть, бабульки кинулись друг дружке в объятия, рыдая в унисон и причитая в голос.
— Апри!
— Мила!
— Как же ты?
— Как ты, моя хорошая?
— Столько лет…
— Я надеялась и верила…
Уже потом, уже по темноте, под звездами и прохладный воздух ночи я слушал и молчал, не решаясь прервать скрип колес, возвращавших нас обратно, и скрип старческого голоса, тихо так и мерно ведущего свой рассказ о днях минувшей молодости.
Сколько лет? Наверно, лет пятьдесят, а может, и больше назад, разбежались в разные стороны две сестрички Хенгельман. Моя Хенгельман, та, что Мила, в это время отбывала срок в одной из тайных тюрем ордена бестиаров, постепенно проникаясь идеей сотрудничать с короной, а вот вторая сестричка, та, что Апри, вела бесконечную игру в кошки-мышки. Раз за разом меняя имена и личины, переезжая с места на место и спасаясь от идущих по пятам рыцарей и магов, не в силах найти свое место под этим небом. Ну да куда ей? Это моя бабуля была кроткого нрава, а Апри была заводилой в их компании, их гонором и их совместной спесью. Вновь и вновь она отступала, снова сбегая из-под носа властей, больно при этом огрызаясь и с завидным упорством выскальзывая из их цепких рук.
