В грохоте и плаче развалился домашний мир: штукатурка свалилась с потолков, в кровать ткнуло полог. Запах огня от каминных свечей стал ярче пламени, которое превратилось в мельницы света – как у ситхов из фильмов, если бы были они здесь. Я амортизировал удар и теперь стою с закрытыми глазами, чувствуя вкус войны на губах....
— Пять золотых, господа.
— Пять? — тут уже вылупил глаза Род. — Да что у вас за цены?"
"— Мясное фирменное — по золотому, вино — два, бутылка гномской — золотой. Вы же сами захотели все самое лучшее?
— Неси, — я выложил пять золотых вулек на стол. — Только чтобы действительно хорошее было.
— Не извольте сомневаться, господа. Сейчас все будет.
— С такими ценами мы разоримся, — пробурчал Род, когда половой отошел.
— Расслабься, — безмятежно сказал я. — Все на пользу дела. А пожрать и выпить — приятный бонус. Небось, тоже голодный?
— Есть такое, — признался Род.
Половой не обманул. Огромные куски мяса, томленые в каком-то приятном соусе, да с гарниром из редкого здесь картофеля — гравийского, уточнил половой — да еще с огромным блюдом с закусками...
— Надо было аквавиты взять, под такую закуску-то, — сказал Род в промежутке между чавками. — Под вино это не идет.
— А вот это уже лишнее. Нам нужно быть относительно трезвыми, — сказал я, отпивая глоток терпкого и крепкого красного вина.
— Я работаю во всех кондициях, — усмехнулся Род, работая ложкой, как землечерпалка.
— А вот и обещанная подача, — заметил я, когда половой принес офицерской компании бутылку гномского зелья.
Господа офицеры оживились, переговорили с половым, тот указал на наш столик. Я отсалютовал повернувшимся к нам бокалом с вином. Тут же от их стола замахали, приглашая присоединиться.
— Ну что, готовься, — я допил глоток вина, и взяв бутылку и тарелку, встал со стула.
— Ага, — подтвердил Род.
Вот уж точно спектакль получился на славу.
Когда мы наконец отделались от перепившейся в говно компании, и вывалились из трактира на улицу, было уже за полночь.
— Уф, еще один такой кабак сегодня я не потяну, — вытер лоб рукой Род.
— А надо. Именно сегодня.
— Ну пошли тогда.
