Весна в цветах и звуках Москва 1553 года превращается в backdrop для предательства. Князь Савельев и его супруга княгиня Ульяна прогуливаются по живописному саду, когда изумрудные вишневые ветки и алый грушевые яблони словно дышат жизнью. Вокруг тропы пестрят цветы черемухи и сирени, а шмели создают мерцающий полет света. Атмосфера наполнена весельем и любовью, но скрытый в этом благородном ландшафте разрыв душ становится все более заметным....
– Конечно, стражник. И о нашем разговоре и тем более о поездке во Псков никому ни слова. Предупреждаю серьезно, сболтнешь лишнего, тут же языка лишишься.
– Я – могила.
– Посмотрим. Неси службу покуда.
– Да, князь.
Савельев вышел из караульной избы, прошел по дорожке к дому. У крыльца ключник, Егор Гурин.
– Доброго здравия, князь, – поприветствовал он Савельева.
– Тебе тако же, – ответил Савельев, – где сейчас хозяин, у себя?
– Не, в саду.
– А чего в саду?
– Прогуливается.
Савельев пошел в обход хором, в сад.
Бородинский ходил по аллее между цветников.
– Доброго здравия, Борис Петрович.
– Доброго. Дела?
– Просьба.
– Ну, какая может быть просьба у вельможи с особой царской грамотой ко мне грешному, скорей уж – приказ.
– Считай, как знаешь. Мне завтра нужен Петька Раков.
– Стражник? И зачем, дозволь узнать?
– Поедем с ним во Псков.
Бородинский задумался, затем улыбнулся:
– Понял, хочешь до купца добраться чрез Фому Пагуту?
– Да. По-моему, это самый безопасный путь. Приедет брат к брату, а с ним еще один, объявившийся из Москвы дальний родственник.
Бородинский проговорил:
– Ну тогда напомни ему, кто дал ему вольную и как он обещал до гробовой доски помнить об этой моей милости.
– Напомню. Мне есть что ему сказать.
Бородинский рассмеялся:
– Не сомневаюсь.
– Ну тогда дай указания Петьке, дабы следовал со мной, и помощнику своему, чтобы сменил его на ночь. Надо перед дорогой отдохнуть.
Бородинский добавил:
– Заметна и твоя сабля в дорогих ножнах.
– Я заменю ее на обычную.
– Добро, с Петькой погутарю, коня и одежу получишь. Когда собираешься ехать?
– Завтра после утренней трапезы и тронемся. До обеда, даст Бог, доедем."
"– Раньше доедете. Чего тут ехать? Пять верст. Да, коли надумаешь остаться в городе, то не след тебе, ближнему к царю вельможе, ночевать в избенке бывшего холопа.
– Поглядим.
Переговорив с хозяином усадьбы, Савельев направился в гостевой двор, где разместились его ратники. Встретил воеводу Бессонов, поведал, что ратники помылись вчера в бане, поели от пуза и отдохнули.
