Автор
Я начала проверять телефон Анютки: всё было как обычно — любимые детские игрушки и непреодолимая склонность к шалостям. Пока я убирала за ней, раздавались странные звуки из соседней комнаты... Мгновенно стало понятно, что это не просто игры, а знаки для меня. Анюта исчезла без следа, и теперь на моем пути только одна мысль — поквитаться с теми, кто причинил ей вред....
Через мгновение послышался стук в дверь. Босс тарабанил и что-то говорил, но я ничего не хотела слушать, воткнула наушники и сделала музыку погромче. Всё-таки зря я про него хорошо думаю и беспокоюсь о его здоровье! Надо было позволить Карельскому поухлёстывать за мной, пусть бы Марков почернел от злости, как синяк на его колене. А в том, что завтра у него будет огромный синяк, я не сомневалась. Карельский постарался от души.
Глава 38. Ксения
На следующее утро моя злость на босса странным образом куда-то делась. Нет, я очень сильно хотела злиться на Давида.
– Ужас! – воскликнула я.
– И тебе доброго дня, соня, – отозвался Давид, – принеси, пожалуйста, ещё лёд.
Я посмотрела на часы: половина первого. Какой кошмар! Вот это я сплю… А всё потому, что вчера уснула, слушая музыку. Телефон разрядился, будильник не сработал. Я быстренько принесла боссу пакет со льдом.
– Вы же никуда не пойдёте? – покосилась я на его спортивную сумку.
– С чего ты взяла? – удивился Давид. – Пойду, конечно же.
– Вот с этим? – показала я на его ногу. – С этим даже не ходят! Не говоря уже о том, чтобы бегать!
– Ошибаешься.
– Это глупо! Только себе вредить… – принялась я увещевать босса."
"Но тот был непреклонен, только цыкнул, чтобы я собиралась. Иначе он закроет меня в номере отеля. Пришлось одеваться. Я надела тоненький джемпер, юбочку длиной чуть выше колена и туфельки на устойчивом каблучке.
Самый главный гнус Самары – Карельский уже был на поле. Макс встретил меня и Давида самодовольной ухмылочкой.
– Играем на победу? – поинтересовался он.
– Разумеется, – подтвердил Давид.
– Может, ещё что-нибудь поставишь?
– Ты одной победой смотри не подавись, – отрезал Давид и развернулся, направляясь в раздевалку.
– А ты, Ксения, за кого болеть будешь? – подмигнул Карельский, оглядев меня с головы до ног.
– Ещё не определилась, – ответила я и пошла за Давидом. Может быть, удастся его отговорить участвовать в этом цирковом представлении?
Босс уже переодевался.
