В мире, полном мистики и тайны, Месть Тигра рассказывает о древней ведьме, которая не знает порабощенной смерти. О непостижимой силе зла в сердце мелкой деревеньки и о грядущей роковой битве между дьяволом и справедливостью.
Но вместо того чтобы броситься за клинком или хотя бы побежать к арке, она нашарила висящий на шее шнурок и сорвала ткань, намотанную на подвеску. И как только её ладонь сомкнулась на ожерелье, Саймон понял, что там.
Осколок Хищника.
Дотянувшись до брошенного кинжала, Вадим замахнулся, целясь Шарлотте в горло. И он бы попал, но она исчезла, и лезвие пронзило лишь воздух.
– Это что… – начал Вадим, но тут у его ног заклекотал белый лебедь с оранжево-чёрным клювом.
– А толку-то! – с резким недовольством прошипела Шарлотта.
Но Вадим уставился на неё, в шоке позабыв и о кинжале, и о Камне Судьбы, и она, широко распахнув крылья, набросилась на него. Он попятился, и хотя между ним с балюстрадой был всего шаг, его хватило.
Он сильно ударился об ограду, и Шарлотта, слегка подлетев, врезала ему клювом в лицо. Из носа Вадима хлынула кровь, и он, ругаясь от боли, откинулся назад, вытягивая руку над краем – ту самую, в которой сжимал Камень Судьбы.
– Стой! – крикнул Саймон, превращаясь в человека.
Шарлотта, уже готовая ударить Вадима снова, остановилась, не сводя с него взгляда.
– Да какая разница, что с ним случится? – прорычала она, но европейский Хранитель хохотнул, вытирая окровавленное лицо рукавом.
– Так это правда? – спросил он, глядя на Саймона. – Я сам так думал, конечно, но не может же всё быть так просто.
– О чём он? – спросила Шарлотта, тоже превратившись в человека. Нолан встал по другую сторону от неё, и втроём они зажали Вадима у балюстрады.
– Не знаю, – ответил Саймон с истошно колотящимся сердцем. – Это просто теория, но…
– Видимо, не «просто» теория, – ухмыльнулся Вадим, оголив кровавые зубы. Он больше не сжимал Камень – наоборот, небрежно перекатывал между пальцами. – Иначе ты бы так не боялся.
– Да в чём дело? – резко спросила Шарлотта, поднимая клинки и вновь надвигаясь на Вадима. Но когда она поднесла лезвие к его горлу, Саймон с мольбой перехватил её руку.
– Он думает, что если разбить Камень Судьбы, все Наследники потеряют силы, – сказал он, и хотя не был уверен наверняка, Вадим вновь усмехнулся.
– Уничтожение Хищника породило этих чудовищ, – сказал он, глядя на Саймона ясными голубыми глазами. – Если Камень Судьбы постигнет схожая участь, он исправит ошибку своего близнеца.
Саймон помотал головой.
– Но ведь он навредит не только нам. Камни – источник всех сил. Когда Хищник разбился, он превратил всех потомков королевской крови в Наследников.
