В глухих тайнах леса жили одни из самых опасных и беспринципных людей - отшельники. Комяк уверен, что скоро доберется до них – всего несколько часов езды. Но вот как примут его эти отшельники, запершиеся в своем мире без денег и прав?
– Настя! Настена!
– Милый! Я здесь! – Оказалось, что Настя забилась в густые кусты метрах в пятнадцати от трупа лошади. – Костушка, миленький! Любушка мой! Я знала, что придешь ко мне. Не оставишь меня. Сердушко мне подсказало. Сердушко никогда меня не обманывает. Любимый!..
Стоило мне пробиться к девушке через густой колючий кустарник, стоило опуститься перед ней на колени, как она облегченно приникла ко мне, принялась покрывать мое лицо частыми жадными поцелуями.
– …Родненький. Не бросил. Не оставил.
И в этот момент я увидел, что онуча у нее на левой ноге насквозь пропиталась кровью.
– Погоди-ка, Настена. – Я тут же отстранил девушку от себя. – Погоди, былиночка ты моя. Что у тебя с ногой?
– Не ведаю, – виноватым тоном ответила Настя. – Ее придавила лошадь. Прямо стременем…
Я уже извлек из ножен «Ка-Бар». Аккуратно разрезал тесемки, поддерживающие лапоть.
– Так больно? – Обнажив ступню, я сжал ее пальцами.
– Нет, миленький.
– А так?
– Не больно.
– Ты только не ври.
– Не даст Бог соврать. Не больно, родименький.
Я облегченно вздохнул. Никаких переломов. Вообще ничего серьезного, если не считать глубокий порез на икре. Правда, сильно кровоточащий порез. А у меня под рукой не было ни бинта, ни даже какой-нибудь чистой тряпицы.
– Снимай.
Она ужаснулась:
– Да как же простоволосой-то.
– Снимай, я сказал, – повысил я голос. – Я отрежу от него лишь лоскуточек, потом закрутишься снова.
Настасья растерянно покивала и начала торопливо распутывать узел. Я же тем временем не поленился высунуть голову из кустов и внимательно оглядеться – не видно ли рядом кого.
– Милый, – позвала меня Настя. Она смущенно протягивала мне платок из домотканого материала. – Отрезай поскорее лоскуток и верни, ради Бога.
Я ухмыльнулся. Вот уж не думал, что из такой мелочи можно создать такую проблему. Да персиянку проще уговорить снять паранджу…
– Подержи-ка вот так. Помоги. Умница, милая.
